Номер 8(21) - август 2011
Лариса Миллер

Лариса Миллер«Стихи гуськом»
Книга III: июнь-июль 2011 г.

 

("Книга I: январь-март 2011" опубликована в №4 за 2011 год,

"Книга II: апрель-июнь 2011" опубликована в №6 за 2011 год)

 

 

 

 

31 июля 2011 г.

 

* * *

А счастье – всего лишь несчастья отсутствие.

Отсутствие горя. Ну чем не напутствие

Дерзнувшим на тверди земной обитать?

Давайте же редкостным счастьем считать

Возможность дышать во вселенной, что славится

Вещами, с какими немыслимо справиться.

 2011

 

* * *

 ЗАКЛИНАНИЕ

 

Земля бела. И купола

Белы под белыми снегами.

Что может приключиться с нами? -

Чисты и мысли и дела

В том мире, где досталось жить,

Который назван белым светом,

Где меж запорошенных веток

Струится солнечная нить;

Где с первых дней во все века

Дела свершаются бескровно

И годы протекают ровно,

И длань судьбы всегда легка,

Как хлопья, что с небес летят

На землю, где под кровлей снежной

Мать держит на ладонях нежных

На свет рождённое дитя,

На белый свет, не знавший вех,

Подобных бойне и распятью,

Резне и смуте. Где зачатье

Единственный и светлый грех.

 1975

 

30 июля 2011 г.

  

30 июля 1992 года покончил с собой поэт и прозаик

Юрий Карабчиевский

 

* * *

                         Памяти Юры Карабчиевского

 

Опять утрата и урон,

Опять прощанье,

И снова время похорон

И обнищанья.

 

От боли острой и тупой

Беззвучно вою,

И говорю не то с собой,

Не то с тобою.

 

Я говорю тебе: "Постой.

Постой, не надо.

Быть может, выход есть простой,

Без дозы яда",

 

Ты мертвый узел разрубил

Единым махом,

В земле, которую любил,

Оставшись прахом.

 1992

 

* * *

Дней ослепительные вспышки

И красок огненных излишки...

Сегодня каждый озарен

И каждый смертен, так как к вышке

С рождения приговорен.

 

А лето льет такие пули.

И жалко умирать в июле,

Вернее, жарко умирать.

Куда приятней быть в загуле

И плод сладчайший выбирать.

 

А плод земной и правда сладок.

Какой убийственный порядок

Без сострадания казнить

Любого, кто до жизни падок.

Пора порядок упразднить

И завести совсем иное

Существование земное,

Живя без точки и конца,

Как луч, что гаснет за стеною,

Чтоб загореться у крыльца.

  1992

 

* * *

Уйти легко, а вот остаться

На этом свете, то есть сдаться

На милость предстоящих лет

Не просто. Проще сдать билет.

И ни хлопот тебе, ни давки —

Сплошные радости неявки:

Не значусь, не принадлежу,

С опаской в завтра не гляжу.

    1993

                                      

* * *

                         Памяти Юры Карабчиевского

 

Кипень вся июльская, весь жасмин —

На помин души твоей, на помин,

На помин души того, кто устал,

И ушел, отчаявшись, и не стал

Срока ждать предельного. Ах, июль,

Что в тебе смертельного? Горсть пилюль

Да тоска бездонная всех ночей,

Да бессилье полное всех речей.

      1994

 

«Я прожил жизнь не хуже, чем пытался»

(Воспоминания о Юрии Карабчиевском):

 

 

Кто такой Карабчиевский? – спросила я своего друга Феликса Розинера. – Мне недавно попался в одном тамиздатской журнале его великолепный очерк Улица Мандельштама. "Не знаю, – ответил Феликс, – я знаком с Лёней Карабчиевским. Постараюсь у него выяснить." "Наверное, он давно уехал, раз ТАМ печатается", – решила я. Шел 76-й год. Я повсюду возила с собой сборник с очерком, который перечитывала по дороге и давала знакомым. Очерк был написан абсолютно свободным человеком, умным, темпераментным, влюбленным. Некоторое время спустя мне позвонил Феликс. "Знаешь куда я сегодня иду? К Юре Карабчиевскому. Он оказывается Лёнин двоюродный брат. И знаешь, где он живет? По соседству с тобой, в Теплом Стане. Лёня сказал, что у Юры есть роман приблизительно на ту же тему, что и мой. Я обязательно должен его прочесть. Мы сговорились встретиться у него вечером. Оттуда забегу к вам." Феликс зашел поздно вечером с толстой папкой, в которой лежал роман Жизнь Александра Зильбера. "Я сказал Юре, что здесь живут мои друзья, что ты пишешь стихи. Предложил ему вас познакомить, но он отказался." Феликс засмеялся: "Знаешь, что он сказал: "А вдруг стихи плохие. Что я должен буду делать – врать, притворяться? К тому же, раз мы соседи, придется встречаться. Не знакомь, не надо.""  Но спустя какое–то время Юра позвонил сам и попросил разрешения зайти… http://magazines.russ.ru/novyi_mi/arhiv/karab/

Страница Юрия Карабчиевкого в Журнальном зале:

http://magazines.russ.ru/novyi_mi/arhiv/karab/

 

29 июля 2011 г.

 

* * *

Ну зачем мне вояж, дальний рейс, кругосветка?

Ну зачем это всё, если старая ветка,

Про которую я много раз говорила,

Меня снова вниманием нынче дарила?

То молчала со мной, то со мною шепталась.

Много ль верных друзей в этом мире осталось?

Да и если остались, то видимся редко.

То ли дело в окно мне глядящая ветка.

  2011

 

* * *

                         Dahin, dahin!..” (“Туда, туда!..”)

                                                             Гете

Легко дышать на вешнем сквозняке.

В набухших почках даже сук тщедушный.

И дни мои светлы и простодушны,

Как белые стволы в березняке.

 

Дахин, дахин, — твержу себе, — туда,

Где ранний луч сияет все бесстрашней.

Не меряй завтра горечью вчерашней,

И все дурное сгинет без следа,

 

Как льда остаток, что лучом согрет.

И оттого лишь на пути заминки,

Что, мять жалея, обхожу травинки,

Едва-едва увидевшие свет.

    1974

 

28 июля 2011 г.

 

* * *

А если Тебе надоест со мной чикаться,

Как буду я, Господи, по миру мыкаться?

Ведь если носиться устанешь со мной,

То свет навсегда пропадет неземной,

Не станет стихов, что тишком, не торжественно

Мне даришь, шепча, что пишу я божественно.

     2011

 

* * *

И через влажный сад, сбивая дождь с ветвей,

Через шумящий сад, где вспархивает птица,

Бежать вперед, назад, вперед, левей, правей,

Вслепую, наугад, чтоб с кем-то объясниться ...

 

Что, кроме бедных слов, останется в строках?

Твержу: «Затменье, бред, безумие, затменье ...».

Сладчайшая из чаш была в моих руках,

И ливня и ветров не прекращалось пенье.

 

Лишь тот меня поймет, кто околдован был,

В ком жив хотя бы слог той повести щемящей,

Кто помнит жар и лед, кто помнит, не забыл,

Как задохнуться мог среди листвы шумящей.

     1986

  

27 июля 2011 г.

 

* * *

Ах, стрекоза «Большое коромысло»,

Не исчезай. Ведь ты мне вместо смысла.

Ты, как ответ на тот больной вопрос,

Какого не бывает у стрекоз:

Зачем? Зачем? Затем, чтоб чудный планер

На миг один в среде воздушной замер,

Присел, взлетел, вошел в крутой вираж.

И если даже большего не дашь,

О Господи, я буду благодарна

За крылышко, что нынче светозарно.

      2011

 

* * *

А между тем, а между тем,

А между воспаленных тем

И жарких слов о том, об этом

Струится свет. И вечным светом

Озарены и ты и я,

Пропитанные злобой дня.

   1994

 

26 июля 2011 г.

 

* * *

Небо, травы, деревья, цветы,

Я вам столько всего приписала,

Я, мои дорогие, спасала

Вас тем самым от злой немоты.

 

Приписала вам бездну речей,

Прямо пела за вас упоённо,

Но к душе вашей столь потаённой

Подобрать не сумела ключей.

 

Но зато я смогла осознать,

Что, пока ваши речи писала,

Я себя упоённо спасала

И должна вам спасибо сказать.

 

Небо, травы, деревья, цветы,

Вы спасли меня от немоты.

     2011

 

* * *

Пахнет мятой и душицей.

Так обидно чувств лишиться,

Так обидно не успеть

Все подробности воспеть.

Эти травы не увидеть

Всё равно, что их обидеть.

Позабыть живую речь

Всё равно, что пренебречь

Дивной музыкой и краской.

Всё на свете живо лаской.

Жизнь, лишенную брони,

Милосердный, сохрани.

    1986

  

25 июля 2011 г.

 

* * *

Даже впавшим в тоску не советую вешаться,

Потому что пока ещё есть чем утешиться.

Чем конкретно – сказать не могу на ходу.

Пальцем в небо немедленно я попаду.

Впрочем, небо нам тоже дано в утешение,

Если только поддерживать с ним отношения.

Ведь оно, хоть далёкий, но верный сосед

И годится для чистосердечных бесед.

Да к тому же на небе полно небожителей:

Добрых ангелов – преданных нам утешителей.

   2011 

 

* * *

Да разве можно мыслить плоско,

Когда небесная полоска

Маячит вечно впереди,

Маня: «Иди сюда, иди».

Маячит, голову мороча,

Неизреченное пророча,

Даруя воздух и объем,

Которые по капле пьем

Из голубой бездонной чаши...

Отсюда все томленье наше,

Неутолённость и печаль...

Попробуй к берегу причаль,

Когда таинственные дали

Постичь идущему не дали

Ни первым чувством, ни шестым,

Что там, за облаком густым.

      1989

 

24 июля 2011 г.

 

* * *

Себя искала, а нашла тебя.

О чудо! О великая удача!

Не будь тебя, жила б в долине плача,

А так живу, ликуя и любя.

Ликуя и любя, я как в раю,

Живу в пропащем горестном краю.

      2011

 

* * *

В пору долгих и тёмных ночей,

Когда нет ничего, никого, —

Мне бы лампу в пятнадцать свечей,

Чтобы видеть тебя одного.

И тогда всё опять на местах,

Всё имеет и смысл, и суть,

И ничтожны тревога и страх,

И надёжен к дальнейшему путь,

И не так уж черна темнота,

И, как божия птичка в раю,

Позабыв про труды и лета,

Безмятежные песни пою.

   1970

 

23 июля 2011 г.

 

* * *

Так хочется дни по-другому сцепить

И соединить их в иную цепочку.

Никто ведь не ставил последнюю точку,

От заданных вех не мешал отступить.

 

Так хочется непроторённых дорог,

Готовности к чуду в любую минуту.

Хочу небывалого, но почему-то

Пишу свои восемь обыденных строк.

     2011

 

* * *

Все в воздухе висит.

Фундамент — небылица.

Крылами машет птица,

И дождик моросит.

Все в воздухе: окно,

И лестница, и крыша,

И говорят, и дышат,

И спят, когда темно,

И вновь встают с зарей.

И на заре, босая,

Кружу и зависаю

Меж небом и землей.

    1977

  

22 июля 2011 г.

 

* * *

- Задраю всё. Задраю окна, дверь,

Чтоб как-то помешать ему вломиться.

- Да ты о чём? О ком ты? Что за птица

К тебе вломиться хочет? Что за зверь?

- Не знаю я. Но чувствую – найдёт

Оно тот лаз, что не замечен мною.

За окнами, за дверью, за стеною

Оно таится и отмашки ждёт.

    2011

 

* * *

Чьи-то руки взметнулись над стылой водой.

Как бы дело не кончилось страшной бедой;

Как бы кто-то в отчаянье или в бреду

Не пропал в зачарованном этом пруду.

Сбереги его душу, Господь, сбереги...

По осенней воде разбежались круги...

Чьи же руки вздымались? И голос был чей?

И кому целый лес запылавших свечей?

    1981

 

 21 июля 2011 г.

 

* * *

А стихи уже есть, раз их можно мычать,

Раз их можно, как воздух, потрогать губами.

А стихи уже есть, хоть не стали словами,

Хоть я ведать – не ведаю как их начать.

 

Впрочем, я не при чём. Я совсем не при чём,

И не мной потаённый процесс этот начат.

Но стихи уже есть – улыбаются, плачут,

Хоть пока и скрывают чему и о чём.

  2011

 

* * *

Не мы, а воздух между нами,

Не ствол — просветы меж стволами,

И не слова — меж ними вдох

Содержат тайну и подвох.

Живут в пробелах и пустотах

Никем не сыгранные ноты.

И за пределами штриха

Жизнь непрерывна и тиха.

Ни линий взбалмошных, ни гула —

Пробелы, пропуски, прогулы.

О мир, грешны твои тела,

Порой черны твои дела.

Хоть между строк, хоть между делом

Будь тихим-тихим, белым-белым.

   1977

 

20 июля 2011 г.

 

* * *

Мне время внушает: «Учись у меня.

С задачей своей я прекрасно справляюсь.

Я с кем захочу без труда расправляюсь,

Одной лишь неверности верность храня».

 

Мне время внушает: «Забудь о корнях,

И связях, и узах – взглянула и мимо.

Что-что ты сказала тобою любимо?

Отлично.  Я с этим покончу на днях».

    2011

 

* * *

Очень трудно быть живой,

Жить, как транспорт гужевой

В век высоких технологий,

И, едва таская ноги,

Всё же всюду поспевать,

С энтропией воевать,

В завтра светлое тащиться

И ещё при этом тщиться

Сохранить задор юнца

До победного конца.

  2001

  

19 июля 2011 г.

 

* * *

На землю устремив свой взор,

Над нею небеса надзор

Установили. Но не строгий.

И потому ведут дороги

По большей части не туда,

И распоясалась беда

И счастьем грубо помыкает,

Но счастье всё-таки мелькает.

И, пост не покидая свой,

Небесный дремлет часовой.

   2011

 

* * *

Небо к земле прилегает не плотно.

В этом просвете живём мимолётно,

И, попирая земную тщету,

Учимся жизнь постигать на лету,

Чтоб надо всем, что ветрами гасимо,

Стёрто, повержено, прочь уносимо,

Духу хватило летать и летать,

И окрыляться и слёзы глотать.

 1985

  

18 июля 2011 г.

 

* * *

Чуть не забыла, что умру.

Когда я всё же спохватилась,

Сейчас же за перо схватилась,

Нетленку гнать веля перу.

Ведь без нетленки мне труба.

Я гнать обязана нетленку,

Пока меня через коленку

Ломает шалая судьба,

Стремясь разрушить, вызвать шок.

Ну как могу я быть инертной?

Ну как мне, маленькой и смертной,

Бессмертный не строчить стишок?

  2011

 

* * *

Стремится жизнь моя к нулю,

Велю ей подождать,

Пока потоком слов залью

Всю эту благодать.

 

Стремится жизнь моя к концу,

Стремится в никуда,

Пока стекает по лицу

Небесная вода.

 

На белый лист текут слова

Туда же дождик льёт,

Смывая всё, чем я жива,

О чем душа поет.

    1994

 

17 июля 2011 г.

 

* * *

Как быть с обидой? Как? Глотать

Обиду да и слёзы тоже.

Глотая всё это, «О Боже,

О Боже», - тихо бормотать.

А если, подводя итог,

«Ну как?, - вдруг спросят, - Наглоталась?»,

Ответить: «Я б ещё осталась.

Мне бы ещё один глоток».

 2011

 

* * *

Все поправимо, поправимо.

И то, что нынче горше дыма,

Над чем сегодня слезы льем,

Окажется прошедшим днем,

Полузабытым и туманным

И даже, может быть, желанным.

И будет вспоминаться нам

Лишь белизна оконных рам

И то, как в сад окно раскрыто,

Как дождь стучит о дно корыта,

Как со скатерки лучик ломкий

Сползает, мешкая на кромке.

    1972

 

16 июля 2011 г.

 

* * *

Июнь, июль. Так тянет слитно

Произносить: июнь-июль.

Зелёный бдительный патруль

Следит, чтоб было монолитно,

Едино, цельно всё кругом,

Чтоб синее переходило

В зелёное и находило

Себя, своё, в одном, в другом.

Чтоб пение из тишины

Возникнув, в тишину вернулось,

И чтоб веселье обернулось

Тоской, которой нет цены.

   2011

 

* * *

                        О. Чухонцеву

 

Взаимоотношения

Зелёного с зелёным,

Зелёного брожение

Под синим небосклоном.

 

Зелёное касается

Зелёного так нежно,

Как будто опасается

Всего, что неизбежно.

 

Дрожание зелёного

Листа на синем фоне

И трепетанье оного

В темнозелёной кроне.

   2001

 

15 июля 2011 г.

 

* * *

            Ничего не поделаешь – вечность.

            Ничего не поделаешь – дух.

                                     Борис Чичибабин

 

Нынче в прениях дали мне слово опять.

Говорю, видно, чётко. Слова не глотаю.

Да к тому же регламент всегда соблюдаю:

Разрешат пять минут – уложусь ровно в пять.

Да хватило бы, думаю, даже и двух,

Если слово содержит в себе бесконечность

И бездонность. И после короткого – «вечность»

Будет слово совсем уж короткое – «дух».

   2011

 

* * *

Хоть кол на голове теши —

Все улыбаешься в тиши.

Тебе — жестокие уроки,

А ты — рифмованные строки.

А ты — из глубины души

Про то, как дивно хороши

Прогулки эти меж кустами

Ольхи. Твоими бы устами...

    1979

 

14 июля 2011 г.

 

* * *

Начиная стихи, слепо шаришь в молочном тумане,

Сам не зная ты где – на подъёме, на спуске, на грани.

Нужной рифмы дождись, и она тебе карты раскроет,

И дорогу укажет, и мостик воздушный построит.

Но, едва ты пойдёшь по дороге, указанной ею,

Рифма новая скажет: «Нет-нет. Не туда. Сожалею».

И потянет тебя за собой так упрямо и властно,

Что подумаешь ты про себя: «Наконец-то всё ясно.

Наконец-то сошлось, как в задачке, решенье с ответом».

Но последняя строчка отрежет: «Стихи не об этом.

Ты прислушайся к рифме и звучной, и точной, и дивной,

Что умеет прикинуться глупенькой, бедной, наивной».

    2011

 

* * *

Летучий слог, легчайшее перо,

Подаренное птицей поднебесной

И с высоты слетевшее отвесной...

Не верьте будто всё, как мир, старо.

Младенец мир младенчески раним.

Наитие, любовь и вдохновенье

Творят миры в кратчайшее мгновенье:

Один, другой и третий вслед за ним.

Те рождены сегодня, те вчера

Сотворены неповторимым слогом,

А те, едва замысленные Богом,

Еще висят на кончике пера.

   1986

 

13 июля 2011 г.

 

* * *

Нельзя, чтоб просиявший день

В нас видел злостных оккупантов.

В него войти бы на пуантах,

Не потревожив даже тень

И не пытаясь затевать

Ни ссор, ни споров, ни сражений,

И лишь его расположенье,

Любовь стремясь завоевать.

   2011

 

* * *

Какое там сражение,

Какой там вечный бой! –

Есть тихое кружение

Под тканью голубой.

 

Какое там борение,

Надсада и надлом! –

Есть тихое парение

С распластанным крылом.

 

Какое там смятение,

Метание в бреду! –

Есть тихое цветение

Кувшинки на пруду.

 2002

 

12 июля 2011 г.

 

* * *

Утро небо подсинило,

А меня вдруг осенило,

Что под этой синевой

Я живая, ты живой,

И что мы во всём совпали

И к тому же не проспали

Миг, когда блестит роса

И светлеют небеса.

   2011

 

* * *

И что за странный вздор —

Весь груз привычный свой,

Всё прошлое своё

Всегда нести с собой.

Без ноши и без слёз,

Без тягот — налегке

Сбегаю я к тебе,

Как под гору к реке.

И вот уж до тебя

Почти подать рукой…

Пусть ясность навсегда

Заменит нам покой.

А край, где так светло

И хорошо вдвоём,

Ничем не оградим,

Никак не назовём.

  1971

 

11 июля 2011 г.

 

* * *

                             Диме Шеварову

 

Мне важно, чтоб было понятно ежу

Всё то, что ему я стихами скажу.

Мне важно, чтоб стихотворенье вертелось

У ёжика на языке, чтоб пыхтелось,

Свистелось оно, бормоталось легко,

Чтоб было воздушно и невелико,

И чтобы комочек из серых колючек

Без всяких хлопот находил к нему ключик.

   2011

 

* * *

...А ведьма косточки глодала

И, как безумная, рыдала.

И каркал ворон, сев на ель,

А на дворе была метель...

Прекрасна детская простуда,

И жутковатых сказок груда.

Я ногти в ужасе грызу,

Роняя крупную слезу.

И сказку с радостным исходом

Я запиваю чаем с медом

И сплю под стоны за стеной

И скрип ножищи костяной.

   1981

 

10 июля 2011 г.

 

* * *

Послушай, комарик, мы крови одной.

Пока я спала, своего ты добился:

Ты крови моей до отвала напился,

И ты мне теперь ну совсем, как родной.

А значит, как я, на лету, в кураже

Ты кровью, насыщенной адреналином,

Напишешь стихи о житье комарином.

Летаешь? Зудишь? Может, начал уже?

   2011

 

* * *

Ветер клонит дерева.

Пробивается трава,

Пробиваются слова

Точно из-под спуда.

 

Хоть и девственна трава,

Да затасканы слова

Про земное чудо.

 

Все воспето до клочка,

До зеленого сучка,

Что колеблем птахой.

 

Что слова? Молчком живи,

Словом бога не гневи,

Вешний воздух ртом лови

Да тихонько ахай.

    1973

 

9 июля 2011 г.

 

* * *

Сегодня я снова на них оглянулась –

На тени родные. И снова рванулась

Туда, где давно никого уже нет:

И след затерялся, и вырублен свет.

И всё-таки знаю – они меня звали.

Наверно, не в те устремилась я дали,

И зов, что так за душу сильно берёт,

Слышней, коль идти не назад, а вперёд.

   2011

 

* * *

Наверно, на птичьих правах

Живется легко и привольно:

Расстаться с птенцами не больно

И дом на любых островах.

А наш изнурителен быт,

Оседлая жизнь трудоемка.

И что ни излука — то ломка,

А ломка разлуку сулит.

Иметь бы такие права,

Усвоить бы птичьи повадки,

Чтоб так же летать без оглядки

И петь “трын-трава, трын-трава”.

Но мне говорят — не о том

Поют эти вольные птахи,

И вечно живут они в страхе

За временно слепленный дом.

   1976

 

8 июля 2011 г.

 

* * *

И с каждым днём мне всё милее

Земная эта ахинея,

Где тьма деталей и примет

Пленительных, а смысла нет.

А смысла нет ни в том, ни в этом,

И мир блажит, и мы с приветом.

    2011

 

* * *

                                                Б. А.

Всё в мире есть: и пыльный тракт, и стёжки,

И сад в цвету, и хижина в огне,

И отпечаток маленькой ладошки

В морозный день на ледяном окне,

Могильный крест и воробьиный крестик

На самом чистом утреннем снегу;

И чудо быть и днём и ночью вместе

С тем, без кого едва ли жить смогу.

  1971

 

 7 июля 2011 г.

 

* * *

Я буду хорошо себя вести.

Я постараюсь, как жасмин, цвести.

Я постараюсь, как заря, сиять,

Я постараюсь так ходить, стоять,

Такую легкость нрава сохранить,

Чтоб твердь земную не обременить.

     2011

 

* * *

                «От жажды умираю над ручьем...»

                                                Франсуа Вийон

 Научи меня простому —

Дома радоваться дому,

Средь полей любить простор,

И тропу, какой ведома

По низинам, в гору, с гор.

 

Но кого прошу? Ведь каждый,

Может статься, так же страждет.

Что ж прошу я и о чем,

Если ближний мой от жажды

Умирает над ручьем?

   1975

 

6 июля 2011 г.

 

* * *

Я обожаю свой шесток

И на чужой не претендую.

Я сон и бденье чередую

В дому, где окна на восток.

 

И, как положено сверчку,

Не зная праздности и скуки,

Я стрекочу, и эти звуки

Милы и стенам, и клочку

Небесному, что там в окне

С утра до ночи внемлет мне.

     2011

 

* * *

А ты в пути, а ты в бегах,

Ты переносишь на ногах

Любую боль и лихорадку,

И даже бездна в двух шагах

Есть повод вновь открыть тетрадку.

 

И близкой бездны чернота,

И неподъемные лета

Вдруг обнаруживают краски,

Оттенки, краски и цвета

И срочной требуют огласки.

 

И, Боже правый, тишь да гладь

Способны малого не дать

Душе гроша на пропитанье,

И дивной пищей может стать

В потемках нищее скитанье.

    1991

  

5 июля 2011 г.

 

* * *

А было к нам коротких три звонка,

А я была доверчивей щенка,

Я под ногами весело болталась,

Звонки заслышав, я к дверям кидалась

В предчувствии немыслимых чудес,

Что и сейчас нужны мне позарез.

   2011

 

* * *

Проживая в хате с краю,

А, вернее, на краю

Чёрной бездны, напеваю:

Баю-баюшки-баю.

Дни под горку, как салазки,

Скачут быстро и легко.

Баю-бай, зажмурим глазки,

До конца недалеко.

Повороты, буераки,

Кочка, холмик, бугорок,

И стремительный во мраке

Прямо в бездну кувырок.

Впрочем, я ведь не об этом:

Я про быструю езду

Про мерцающую светом

Неразгаданным звезду.

   2000

 

4 июля 2011 г.

 

* * *

Всё жду, что однажды мне скажут: «Попалась!

Ты думала, что хорошо окопалась

Близ тихой опушки в избушке своей:

Бутоны, пионы, сирень, соловей?

Да брось ты дурацкую эту попытку

На ключ запирать со щелями калитку».

    2011

 

* * *

Такой вокруг покой, что боязно вздохнуть,

Что боязно шагнуть и скрипнуть половицей.

Зачем сквозь этот рай мой пролегает путь,

Коль не умею я всем этим насладиться.

Коль я несу в себе сумятицу, разлад,

Коль нет во мне конца и смуте и сомненью,

Сбегаю ли к реке, вхожу ли в тихий сад,

Где каждый стебелек послушен дуновенью.

Вокруг меня покой, и детская рука

Привычно поутру мне обвивает шею.

Желаю лишь того, чтоб длилось так века.

Так почему я жить, не мучась, не умею?

И давит и гнетет весь прежний путь людской

И горький опыт тех, кто жил до нас на свете,

И верить не дает в раздолье и покой

И в то, что мы с тобой избегнем муки эти;

И верить не дает, что наша благодать

Надежна и прочна и может длиться доле,

Что не решит судьба все лучшее отнять

И не заставит вдруг оцепенеть от боли.

   1973

 

3 июля 2011 г.

 

* * *

Мы так любим друг друга. Ну сделай для нас исключение:

Или сам помоги, или ангелам дай поручение,

Чтоб держали нас здесь, даже если все сроки пройдут.

Разве это такой уж для вас, небожителей, труд?

Мы ведь делаем то, что и вы: добавляем сердечности

И любви, что, как воздух,  нужны и мгновенью и вечности.

      2011

 

* * *

           А. А. Тарковскому

 

Поверить бы. Икону

Повесить бы в дому,

Чтобы внимала стону

И вздоху моему.

И чтобы издалёка

В любое время дня

Всевидящее око

Глядело на меня.

И в завтра, что удачу

Несёт или беду,

Идти бы мне незрячей

У Бога на виду.

                        1967

 

Из воспоминаний об Арсении Тарковском:

 

«…Тарковский часто немного играл и не всегда удавалось понять серьезен он или шутит. «Ой, умираю», – вскрикивал он, хватаясь за сердце, за локоть или плечо. «Что с Вами, Арсений Александрович? Что у Вас болит?» «Все болит. Душа болит. Я устал». «Отчего устали?» «От всего устал. Жить устал. Обмениваться, дышать». Когда раздавался звонок в дверь или телефонный звонок, Т. страшно вздрагивал, и лицо его искажалось, как от внезапной боли. «Таня-я-я», – громко звал он жену. «Звонят». Причем это «звонят» звучало как «пожар». По-моему, у А.А. была телефонофобия. По телефону его голос звучал почти панически, и он быстро кончал разговор…»

«А если был июнь и день рожденья» - http://a88.narod.ru/larisamiller.htm

 

2 июля 2011 г.

 

* * *

Не пойму где ютятся слова.

Не пойму как я их добываю.

Не пойму – то ли их убиваю,

То ль на жизнь им дарую права.

Заземлить их хочу? Окрылить?

Или, как провода, оголить?

  2011

 

* * *

Пишу — ни строчки на листе.

Рисую — пусто на холсте.

И плачу, не пролив слезы

Под небом цвета бирюзы.

Мой белый день — дыра, пробел.

Мой добрый гений оробел

И отступился от меня,

И жутко мне средь бела дня.

Пробел... А может, брешь, пролом,

Просвет, явивший окоем,

Счастливый лаз в глухой стене,

И добрый гений внемлет мне?

    1976

 

1 июля 2011 г.

 

Так глубоко тоску запрятать,

Чтоб никогда уж не достать.

Удариться – и не заплакать,

А только твёрже духом стать.

Удариться об острый угол,

Об острый локоть, злой прищур –

Да мало ли на свете пугал?

Но не отчаиваться, чур.

Долой тоску, что душит, гложет,

Довольно этой чепухи.

Но лишь одно меня тревожит –

Родятся ль без неё стихи?

    2011

 

* * *

Ну успокойся, успокойся,

Живи и ничего не бойся,

Кругом воздушная среда,

И, раз уж ты попал сюда,

Дождями летними умойся.

 

Летят по ветру лепестки…

Увы, не избежать тоски,

Но и тоска остра, как счастье…

Поди пойми, что в нашей власти,

Что далеко, к чему близки.

    2003

 

30 июня 2011 г.

 

* * *

Зачем лета свои считать?

Уж лучше, как они, летать.

«Вам сколько?», - спросят. «Не считала.

Я просто, знай себе, летала

И у летящих лет крыла

Порою на прокат брала».

   2011

 

* * *

Не ждать ни переправы, ни улова,

Ни окрика, ни шороха, ни зова.

У леса, у глухого перелеска,

Средь синевы и тишины, и плеска,

На берегу, колени к подбородку,

Сидеть, следя недвижимую лодку

И слушая полуденные речи

Реки, не прерывая, не переча.

      1966

 

29 июня 2011 г.

 

* * *

Да я ведь ничем не могу пренебречь.

Ну как я могу отключиться, прилечь,

Хотя бы на миг прикорнуть, отлучиться,

Когда столько важного может случиться

И здесь на земле, и вон там в небесах?

Вот я и стою целый день на часах.

Не просто стою, а беру на заметку:

Вот иволга села на ближнюю ветку,

Вот таволга вздумала нежно цвести.

Когда ж мне дыхание перевести?

    2011

 

* * *

А у нас ни двора ни кола.

Тихо тают в ночи купола,

Тихо таем с тобою в ночи —

Пришлый люд. Ни к кому и ничьи.

Светом в окнах не ждёт городок.

Не зовёт у причала гудок.

До зари никаких переправ.

Можно где-то меж неба и трав

Привалиться к берёзе плечом

И не думать совсем ни о чём.

Пересуды, и сборы, и путь —

Всё потом. Всё потом. Как-нибудь!

Ночь тепла, точно ворох пера.

Всё потом. Как пойдут катера.

                                    Плёс, 1966

Немного прозы:

 

Ах, лето красное

«Континент», № 110, 2001 г.

http://magazines.russ.ru/continent/2001/110/mi.html

 

Зиму нужно перезимовать (что хлопотно и тягомотно), а лето — не то перелЕтить, не то перелетЕть. Куда ни поставь ударение, все равно звучит игриво, легко, фривольно, что вполне понятно, потому что летняя жизнь мгновенна, мимолетна. В ней отсутствует оседлость. Она кочевая, бивачная, временная, даже если никуда не едешь. Лето короткое. Его переЛЕТАешь, перепархиваешь. Все в нем как-то не солидно, на фу-фу, на живую нитку, на скорую руку. Летняя фактура — жиденькая, сквозная, сплошные пазы, просветы. И в каждом кто-то чирикает, шуршит, жужжит, копошится. Как на взморье в курортный сезон, когда в любом углу, сарае, закуте идет жизнь: стряпают, моют фрукты, стирают легкие летние одежки, закручивают волосы на бигуди, чтоб вечером появиться на местном Бродвее в полном блеске. О, эти вечера: шуршанье, шелестенье, шепот, смех, музыка. Темнота фосфоресцирует от накала страстей. Как можно летом без страстей?

Он был рыжий, невысокого роста, совсем не привлекательный. Во всяком случае для меня. Но стояло лето, а летом… (смотри выше). Если встречаться вечером на темных аллеях парка при неровном свете фонарей, то вполне можно вообразить, что рядом со мной ТОТ, ДРУГОЙ, который далеко от меня и ближе не будет. Если не смотреть на спутника, а только слушать тишину, то можно сносно провести время, не выпадая из общего завораживающего контекста. А тишина наполнена стрекотом, щелканьем, плеском не то ручья, не то фонтана, древесным хрустом, шепотом, смехом. Мы сидели на скамейке, я — в его куртке, он — с моей сумочкой на коленях. Господи! Тоска-то какая! Лето — манок, обман, дырявые сети. Его ткань так воздушна, что ее почти нету. Сквозь нее зияет дыра, которую занавесили чем-то пестрым и легким, как занавешивают койку на курорте, когда сдают угол. А бывает, что в разгар сезона спят на топчане под открытым небом. Проснешься ночью, а над тобой звезды. Летом зыбкость существования, “невыносимая легкость бытия”, особенно ощутима, тоска особенно остра, счастье, которое дышит в затылок, особенно недостижимо. Зазор между “хочу” и “могу” — особенно заметен. “Ну иди сюда, иди”, — манит мать младенца, который учится ходить. Он делает шажок к ней, а она от него: “Иди, иди, не бойся”. Так мы всю жизнь и идем то на свет, то на голос. “Перешагни, переступи, перелети, пере-что хочешь…” А если не хочешь, если пропал кураж, если зазор перестал манить и мучить? Что ж, значит, пришли. И не потому что путь кончился, а потому что пропало чувство пути. Радуйся, если не пропало. Радуйся задору, с которым стремишься устранить зазор.

“Радуйся. Сладим-река течет”. Она течет все лето и дразнит тебя своим плеском и блеском. Где она? Тут, рядом. Где? Да вот она, вот. Знаешь такое английское выражение “make believe”? Оно точнее, чем русское “притворяться”, потому что буквальный перевод означает — “заставить верить”. Весна и лето — это сплошной “make believe”. О, как они умеют морочить голову, втягивать всякую живую душу в свою невидимую, сплетенную из тончайших нитей паутину. Зиме для этого не хватает красок и звуков, а осени — желания хоть немного смягчить тему конца. Уж слишком она по осени пронзительна и беспощадна.

А летом… Каждый раз думаю: “Ну, кажется, все. Вышла из возраста. Выпала из игры”, — и каждый раз попадаю пальцем в ослепительно яркое небо. “Make believe” продолжается. “Жизнь — легка и не обременительна”, — внушает лето. Верю. “Жизнь — сплошной праздник”. Верю. “Завтра будет таким же ослепительным, как сегодня”. Верю. “Все будет хорошо”. Верю.

Нет, я бы не хотела быть втянутой в эти игры с той же силой, что и сорок лет тому назад, когда, гуляя летним вечером в парке с рыжим мальчиком, пыталась до боли в сердце вообразить рядом с собой совсем другого. Но и нет у меня желания оказаться в роли ушлого подростка, который, придя на новогодний праздник, портит всем настроение, доказывая, что дядька с палкой и бородой, — не дед Мороз, а ванин папа: борода наклеена, а халат и палка — тетинюрины. Принимаю правила игры. Живу так, чтобы случайно не сдернуть веселые занавески, которыми задрапировали вечность. Хожу так, чтоб не задеть куст жасмина, который пытается выдать окрестности за райские кущи.

“Радуйся. Сладим-река течет”. Не спрашивай, где. Она, как и джондонновский колокол, который всегда звонит по тебе, течет для тебя. Захочешь и увидишь ее, услышишь ее плеск. А может и окунешься. Но только не переусердствуй. Река-мираж не любит слишком азартных купальщиков, пловцов и ныряльщиков. Ее срок — одно лето. А лето летуче. Не тереби его воздушную фактуру, не опирайся на его шаткие декорации. Они еле дышат и держатся один сезон.

2000

 

 28 июня 2011 г.

 

* * *

Обожаю кино. И особенно это –

Где, согласно сценарию, раннее лето,

Где, тесня темноту, день спешит подрасти,

Где акации самое время цвести,

Где я тоже пока, слава Богу, снимаюсь

В своей роли обычной: над рифмами маюсь.

Маюсь ночью и днем, за столом, на ходу,

То исчезну из кадра, то вновь попаду.

    2011

 

* * *

A на экране, на экране

И жизнь, и смерть; и слез, и брани

Поток; и лес воздетых рук,

Но нету звука. Дайте звук.

О, неисправная система:

Беззвучно губят, любят немо.

Как в неозвученном кино,

Стучу в оглохшее окно,

Зову кого-то и за плечи

Трясу, не ведая, что речи,

Что дара речи лишена,

И вместо зова — тишина.

    1982

 

27 июня 2011 г.

 

* * *

О, как я хочу ладить с местом и временем,

И чтоб они не были болью и бременем,

И чтобы мы были всегда заодно,

Во всём соглашались без всякого «но».

Но не получается, не получается.

Скажите, вообще-то такое случается?

На свете когда-нибудь кто-нибудь жил,

Кто с местом и временем нежно дружил?

      2011

 

* * *

Для грусти нету оснований,

Кочуем в длинном караване

Всех поколений и веков,

Над нами стая облаков,

А перед нами дали, дали…

И если полюбить детали,

Окажется, что мы богаты

Восходом, красками заката

И звуками, и тишиной,

И свистом ветра за стеной,

И тем, как оживают листья

Весной. И если в бескорыстье

Земных поступков наших суть,

Не так уж тяжек этот путь.

   1969

  

26 июня 2011 г.

 

* * *

Всего лишь несколько недель

Продлится эта канитель,

А дальше белый этот цвет

Сойдёт на нет.

 

И станет тускло и темно,

И сиротливо станет, но

Припомню среди серых спин

Как цвёл жасмин.

 

Как цвёл жасмин и как была

Дорога через сад бела,

Хоть никуда не привела,

Но так звала,

 

Как будто там не чернота,

И не последняя черта,

А только светлые лета,

Цветы, цвета…

    2001

 

* * *

Осыпается жасмин, осыпается...

Спит душа моя и не просыпается,

Видит белого жасмина цветение...

Впрочем, то ли это сон, то ли бдение,

То ли это сна и яви свидание...

Видит белых лепестков увядание,

Видит как они на землю - увядшие -

Опускаются, как ангелы падшие.

    1996

  

25 июня 2011 г.

 

* * *

Всё очень просто объясняется:

Жасминный куст цвести стесняется.

Он знает – стоит расцвести,

Как тут же я начну нести

Свой вздор восторженный, рифмованный,

Начну в тетрадке разлинованной

Ему сравнения искать,

Словами нежными ласкать,

Перемежая вздохи стонами.

Вот я стою перед бутонами,

А он перед моим крыльцом

Стоит с потерянным лицом.

     2011

 

* * *

Во влажные кусты жасмина

Лицом зарыться, в белый куст,

И ничего не знать помимо

Того, что день, как небо, пуст,

Как небо, пуст, как небо, светел.

“Ты кто?” - спросила я его, -

“Среда? Суббота?”. Не ответил

Мне день тишайший ничего.

“Который час? Число какое?”, -

Спросила. Он не отвечал,

И я оставила в покое

Его, чтоб он не осерчал.

А он сиял, сиял и длился,

Не зная рамок и тисков,

Пока однажды не пролился

Дождём бесшумных лепестков.

   1997

  

24 июня 2011 г.

 

* * *

А я здесь уместна, Создатель, уместна?

Лучам и теням со мной рядом не тесно?

В глазах у Тебя от меня не рябило?

Не много ли воздуха я потребила?

 

Я так до сих пор себе не уяснила:

Не то я кого-нибудь здесь потеснила,

Не то стала новым пространством, сосудом,

Чтоб Ты наполнял его радостью, чудом.

      2011

 

* * *

Сил осталось – ноль,

             всё ушло в песок,

И кочует боль

             из виска в висок…

Всё ушло в песок

              золотой речной

Или стало в срок

             лишь золой печной.

Но не всё ль равно

            что куда ушло,                

Коль не жжёт давно

            то, что прежде жгло.

Путь закрыт назад,

                   и потерян ключ,

И горит закат,

                      я иду на луч,

И другого нет

                   У меня пути,

кроме как на свет

                    до конца идти.

     2001

 

23 июня 2011 г.

 

* * *

Ах, какое веселье! Какое веселье!

У меня эти летом все дни – воскресенье.

У меня мотыльки вечерами толкутся,

И на стенке узоры лучистые ткутся,

И, младенчески радуясь каждому мигу,

Кверх ногами держу очень умную книгу. 

    2010

 

* * *

Мне сегодня не до сна,

Потому что жизнь грустна.

С каждым днём она грустнее,

Подскажи, что делать с нею,

Как её растормошить,

Ноты горестной лишить,

Как лишить щемящей ноты…

Но всё время слышу: «Кто ты?

И зачем тебе дана

Высь, которая без дна?»

   2003 

  

22 июня 2011 г.

 

 

* * *

Жизнь легка, легка, легка,

Легче не бывает,

Потому что свет пока

Только прибывает,

Потому что луг в росе

И ажурны тени,

Потому что тропы все

В крестиках сирени,

Потому что яркий свет

Ранним утром будит,

Потому что ночи нет

И, Бог даст, не будет.

    2002

  

* * *

                            22 июня. Долгота дня 17.34

                            23 июня. Долгота дня 17.33

                                                    Из календаря

 

Нынче проводы светлой минуты,

Время скорби и час похорон.

На минуту мы к области смуты

Стали ближе и терпим урон.

 

На попятный идём, на попятный

Уплываем во мрак, в темноту.

День покуда ещё необъятный,

Ночь светла, и шиповник в цвету.

 

Но уже мы назад повернули,

Или нас повернули назад,

Станут ночи длиннее в июле,

А позднее осыпется сад,

 

А потом мы во мраке потонем,

Но таков уж порядок вещей.

Мы сегодня минуту хороним,

Проходя через поле хвощей,

 

Через сад, где пионы и маки,

Через лес, где кукушка поёт,

И какие-то странные знаки

Ускользающий день подаёт.

      22-23 июня 2001 г.

 

21 июня 2011 г.

 

* * *

А вдруг в том пространстве, что небом зовётся,

Душа моя бедная не приживётся.

А вдруг для того, чтоб свободно летать,

Ей будет смертельно меня не хватать.

Вдруг, тела лишившись горячего, тесного,

Она ничего не захочет небесного.

    2011

 

* * *

Просто быть травой, межой,

Снега белого щепотью.

Тяжко быть живою плотью

С уязвимою душой.

 

Белым облаком витал,

Был ты птичьей песней звонкой

До того, как стал ребенком,

До того, как плотью стал?

 

Как хочу я, как хочу,

Чтобы были все невзгоды

Нипочем тебе, как водам,

Ветру, воздуху, лучу.

    1974

 

20 июня 2011 г.

 

* * *

Надежда – врушка. Врёт и врёт. И пусть.

Её повадки знаю наизусть,

Смеюсь над ними, но люблю их нежно.

Нет для надежды слова «неизбежно».

Ну кто ещё, коль окажусь в аду,

Шепнёт: «Сейчас лазеечку найду».

    2011 

 

* * *

Живем себе, не ведаем

В какую пропасть следуем

И в середине дня

Сидим себе, обедаем,

Тарелками звеня.

 

И правильно, без паники,

Ведь мы не на Титанике,

А значит, время есть

И чай допить и пряники

Медовые доесть.

  1994

 

19 июня 2011 г.

 

* * *

Ну что, скажите мне, банальней

В банальном небе тучки дальней?

Ну сколько могут тьма и свет

Внушать, что им замены нет?

Как могут соловьи годами

Кормить нас старыми хитами?

Как делать первые шаги,

Топча затёртые круги?

Как всё, изъеденное молью,

Вдруг снова стало счастьем, болью?

      2011

 

* * *

Мы одержимы пеньем.

И вновь, в который раз,

Ты с ангельским терпеньем

Выслушиваешь нас.

О слушатель незримый,

За то, что ты незрим,

От всей души ранимой

Тебя благодарим.

Чего душа алкала —

Не ведает сама.

От нашего вокала

Легко сойти с ума.

Но ты не устрашился.

И, не открыв лица,

Нас выслушать решился

До самого конца.

   1987                             

 

18 июня 2011 г.

 

* * *

А в июньском пейзаже лопух столь разросшийся - счастью синоним.

Если этого мы не поймём, то мы счастье своё провороним.

Нам про это никто не сказал. Надо как-то самим догадаться.

Утром я выхожу на крыльцо, чтобы с садом своим повидаться

И хоть как-то вписаться в пейзаж. Я ведь тоже подобна растенью:

Ароматом садовым дышу, обладаю и светом и тенью.

     2010

 

* * *

Такая тишь и благодать среди берёз,

Что верить в бренность и судьбу нельзя всерьёз.

Зелёно-жёлто-голубые дни пестры,

И на опушках вечерами жгут костры.

И ни сомнений, ни трагедий, ни разлук —

А только влажный от росы вечерний луг

И только ночи, что теплы и коротки,

И станционные далёкие гудки.

    1969

  

17 июня 2011 г.

 

* * *

Такая уж мне уготована участь –

С младенчества чувствовать жизни летучесть,

Ловить всё летучее с ходу и с лёту

И переплавлять в мелодичную ноту,

Чтоб даже тоска обретала певучесть

И сладость. Какая волшебная участь.

     2011

 

* * *

Жизнь – исчезновение

Каждого мгновения,

Всех до одного…

Ты другого мнения?

Выскажи его.

Говоришь -  тягучая,

Долго длится, мучая

Особь ту и ту…

Вздор – она летучая,

Жизнь – она лету…                    

    1999

  

16 июня 2011 г.

 

* * *

Не имей привычки жить,

Не имей привычки.

Жизнь твоя дрожит, как нить,

И горит, как спички.

 

И цвета терзают глаз,

Звуки бьют по нервам,

Будто в самый первый раз,

Будто в самый первый.

 

Ни к дождю не привыкай,

Ни к берёзам-елям,

Ни к тому, что будет май

Следом за апрелем.

     2001

 

* * *

Тоненькая женщина,

Жрица и пророчица, —

Ей любви нескованной

И свободы хочется

От канонов мрачного

Танца ритуального,

От всего усохшего,

От всего фатального.

И она по-своему,

Как умеет, борется —

То флиртует с ересью,

То усердно молится.

И в любви то хищница,

То голубка кроткая.

Вот она скользящею

Движется походкою.

Вокруг ног колышется

Полотно воздушное…

Кто же тебя выдумал,

Дщерь великодушная?

Кто же тебя выдумал,

Мелкая и злобная?

Сколько жертв спровадила

Ты на место лобное…

Без тебя немыслимы —

Чьё ты озарение? —

Ни любовь небесная,

Ни земное бдение.

    1970

 

15 июня 2011 г.

 

* * *

О, несовершенного вида глагол!

Пока ты струишься, года наши тянутся,

И двое влюблённых никак не расстанутся:

Ведь ты не допустишь подобный прокол.

 

Твой несовершенный пленителен вид.

И точка прервать твою речь не решается,

И время потише идти соглашается

И даже совсем замереть норовит.

    2011

 

* * *

Необоримый свет дневной…

Мгновенье, чаемое мной,

Не улетучилось покуда.

Живу и нет иного чуда

На всей поверхности земной.

Живу и солнечную нить

Я продолжаю длить и длить.

Она тонка и ненадёжна,

Но я живу и значит можно

Речной и хвойный воздух пить.

  2005

  

14 июня 2011 г.

 

* * *

Мне ведомо из первых рук,

Что мы здесь вовсе не для мук,

Что мы попали не в застенки,

А в сущий рай, где можно пенки

Снимать, не ведая оков,

С густой сирени, с облаков.

     2011

 

* * *

Жить сладко и мучительно,

И крайне поучительно.

Взгляни на образец.

У века исключительно

Напористый резец,

Которым он обтачивал,

Врезался и вколачивал,

Врубался и долбил,

Живую кровь выкачивал,

Живую душу пил.

   1985

 

13 июня 2011 г.

 

* * *

Не надо, как бабочку, счастье ловить.

Ты этим себе можешь жизнь отравить.

На крыльях у счастья по воле творца –

Непрочная нежная чудо-пыльца.

И если её ты случайно собьёшь,

То праздник испортишь и счастье убьёшь.

     2011

 

* * *

Экспонат расклеился,

Выбыл, расслоился,

По ветру рассеялся,

С радугою слился,

И со звездной россыпью,

Бросив тот гербарий,

В коем был он особью

И одной из тварей,

Наделенной обликом,

Именем и датой.

...Слился с тихим облаком

И плывет куда-то.

Путь его не вымерен

И не наказуем,

И никем не выверен,

И не предсказуем.

Ход причинно-следственный

Для него не верен.

Жесткий Код наследственный

Навсегда потерян.

Он нигде не значится —

Вихрь коловращений,

Полная невнятица

Вольных превращений.

Больше он не мается,

И не ждет развязки

И не домогается

Ни любви, ни ласки.

   1978

 

12 июня 2011 г.

 

* * *

Тебе сегодня шах и мат?

Но день ни в чём не виноват.

Он просто взял и наступил.

Он разве плохо поступил?

Он розовел, он голубел,

Он переделал массу дел!

Он даже ландыши родил.

А вот тебе не угодил.

Он ветром волосы ерошил

Тебе. Он был таким хорошим

И осознать не мог никак

Зачем о нём сказал ты «мрак».

      2011

 

* * *

О том, что было, не жалей,

Утешься белизной полей

И белизной грядущих дней.

А впрочем, самому видней,

О чем жалеть и не жалеть,

Что позабыть и чем болеть.

И думы эти не затем,

Чтоб истерзать себя совсем,

А чтоб всему, что рвется прочь

Из наших рук и день и ночь

В простор печально-голубой,

Сказать: “Ступай. И Бог с тобой”.

  1971

 

11 июня 2011 г.

 

* * *

А время-то нынче опять переломное.

Вновь что-то нам светит. А что – дело тёмное.

И места себе всё никак не найдём.

Никак не присядем, никак не дойдём.

 

А время-то нынче опять переходное,

Походное время, то бишь безысходное.

Хотя всё же нам обеспечен исход

Проверенный – с этого света на тот.

  2011

 

* * *

Опять минуты роковые.

Опять всей тяжестью на вые

Стоит История сама

И сводит смертного с ума.

И гнет деревья вековые.

 

И снова некогда дышать

И надо срочно поспешать

В необходимом направленье,

Осуществляя становленье

И помогая разрушать.

 

А что до жизни до самой —

То до нее ли, милый мой?

И думать не моги об этом:

Мятеж весной, реформы — летом,

И перевыборы зимой.

   1993

 

10 июня 2011 г.

 

* * *

То лёгким бризом навевая грусть,

То, радуя весёлым опереньем,

Май хочет стать таким стихотвореньем,

Которое все знают наизусть,

Которое играючи, шутя,

Без всякого усилья, без напряга

Запоминают – о, какая тяга

К прекрасному, - и старец и дитя.

   2011

 

* * *

О, разнотравье, разноцветье.

Лови их солнечною сетью

Иль дождевой — богат улов.

А я ловлю их в сети слов.

И потому неуловимы

Они и проплывают мимо.

И снова сеть моя пуста.

В ней ни травинки, ни листа.

А я хотела, чтоб и в стужу

Кружило все, что нынче кружит,

Чтобы навеки был со мной

Меня пленивший миг земной;

Чтобы июньский луч небесный,

Запутавшись в сети словесной,

Светил, горяч и негасим,

В глухую пору долгих зим;

Чтоб все, что нынче зримо, зряче,

Что нынче и поет и плачет,

А завтра порастет быльем,

Осталось жить в стихе моем.

    1975

 

 9 июня 2011 г.

 

                                     «Жизнь, жизнь»

                                         Арсений Тарковский

То я навстречу устремлялась ей,

То я спасенья от неё искала,

То глаз с неё влюблённых не спускала,

То мне казалось – нет её черней.

 

То говорила, что она – тщета,

То ей пеняла, что неумолима.

Ну а она глядела молча мимо

И улыбалась уголками рта.
                                                         2011

 

***

И цвели небеса мои ясные, детские,

И звучали весёлые песни советские,

И с уроков мы шли в раздевалку гуськом,

И подарки волшебные шли косяком:

То вдруг падала льдинка в трубу водосточную,

То вдруг мама работу закончила срочную.

   2011

8 июня 2011 г.

 

* * *

Что за странный обычай такой –

Уходить, улетать, уплывать

И махать на прощанье рукой

Тем, кого нам нельзя забывать?

Улетать, уплывать – это «у»

На собачий похоже скулёж.

Неужели в итоге в трубу

Вылетаем? Меня позовёшь,

Если вдруг обнаружишь иной

Куда более радостный путь?

Ты ведь любишь дерзать, мой родной.

Так придумай скорей что-нибудь.

  2011

 

* * *

Я живу у полустанка.

Жизнь короткая, как танка,

Протекает рядом с ним.

Мы под стук колёсный спим,

Стук колёс, гудок надсадный.

Краткость жизни – факт досадный.

Потому стараюсь, длю

Всё, что в жизни я люблю.

Например, беседы эти,

Чтобы ты и я, и дети.

  2007

 

7 июня 2011 г.

 

* * *

А у сойки на тельце – небесные пятна.

Ведь летает она до небес и обратно

И на крылышках, так облегчающих вес,

Каплю краски приносит с лазурных небес.

Я никак на тебя не нарадуюсь, Боже,

Ты и небо придумал, и крылышки тоже.

    2011

 

* * *

Дни тяжелы и неподъёмны.

Казалось бы, светлы, бездонны,

Легки - и всё же тяжелы.

Столь ощутимы и объёмны,

А догорят - и горсть золы.

И как нести всю тяжесть эту:

Весомых дней, текущих в Лету,

Событий иллюзорный вес,

Покров небес, которых нету, -

Аквамариновых небес.

    1998

  

6 июня 2011 г.

 

* * *

У этого – кошка, у этой – цветок,

А этот, похоже, совсем одинок.

Спасибо ещё, мотылёк бестолковый

Порой коротает с ним век мотыльковый.

       2010

 

* * *

Только будьте со мною, родные мои.

Только будьте со мною.

Пусть стоят эти зимние, зимние дни

Белоснежной стеною.

 

Приходите домой и гремите ключом

Или в дверь позвоните,

И со мной говорите не знаю о чём,

Обо всём говорите.

 

Ну хотя бы о том, что сегодня метёт

Да и солнце не греет

И о том, что зимой время быстро идёт

И уже вечереет.

     2005

 

5 июня 2011 г.

 

Живите, простодушные слова.

Бесхитростные, нежные, живите.

Когда вам плохо, вы меня зовите.

Вы мне нужны, как воздух, как трава.

Вас невзлюбив, усмешливая новь,

На вашу казнь готова дать отмашку.

Но лишь у вас, наивных, нараспашку,

Душа, в которой жалость и любовь.

   2011

 

* * *

А лес весь светится насквозь —

Светлы ручьи, светлы берёзы,

Светлы после смертельной дозы

Всего, что вынести пришлось.

И будто нет следов и мет

От многих смут и многой крови,

И будто каждая из бед

На этом свете будет внове.

Вот так бы просветлеть лицом,

От долгих слёз почти незрячим,

И вдруг открыть, что мир прозрачен

И ты начало звал концом,

И вдруг открыть, что долог путь —

И ты тогда лишь не воспрянешь,

Когда ты сам кого-нибудь

Пусть даже не смертельно ранишь.

      1971

 

4 июня 2011 г.

 

* * *

Кнутом и пряником. Кнутом

И сладким пряником потом.

Кнутом и сдобною ватрушкой...

А ежели кнутом и сушкой,

 

Кнутом и корочкой сухой?

Но вариант совсем плохой,

Когда судьба по твари кроткой —

Кнутом и плеткой, плеткой, плеткой.

     1994

 

* * *

Да не знать нам ни тягот, ни муки.

Чьи-то лёгкие, лёгкие руки

Приподнимут нас и понесут

Над землёй, как хрустальный сосуд.

Над отвесными скалами, мимо

Чёрной бездны. Да будем хранимы

И лелеемы, и спасены,

В даль пресветлую унесены.

    2005

 

3 июня 2011 г.

 

* * *

Слава Богу, пока кое-что ещё в мире рифмуется.

Ну а если рифмуется, значит почти что целуется,

Прикасается бережно и пребывает в согласии.

Небо глаз всё не сводит с земли – своей взбалмошной пассии.

Потому-то, наверное, рифма мужская и женская

Так способны звучать, что и скорбь выносима вселенская.

     2011

 

* * *

“C’est domage, domage, domage” –

Череда сплошных пропаж

Наша жизнь под небосводом….

Но займёмся переводом.

Cest domage” -  по-русски “жаль”.

Жаль листвы, летящей вдаль,

Жаль пустеющего сада…

Всё проходит - вот досада,

Cest domage”, - звучит шансон,

И с шансоном в унисон -

“Жаль, - поёт душа - до боли

Жаль. Кого – его, её ли?”

C’est domage, увы и ах,

Чьих-то рук бессильный взмах,

Роковое опозданье

На любовное свиданье.

                                2000

Песня Михаила Приходько и Галины Пуховой:

http://www.larisamiller.ru/pesni5.html

  

2 июня 2011 г.

 

* * *

                     Дорогому другу Элле Брагинской

 

Господи, жизнь – это гиблое дело,

Вот небеса - не имеют предела.

А постоялец несчастной земли

Слышит однажды: «Ну хватит. Умри».

Не надышался, не нагляделся,

Не долюбил. Так куда же он делся?

И не преступно ли гнать его прочь

С этой земли в соловьиную ночь?

                                                     2009

Ровно год назад ушла из жизни Элла Владимировна Брагинская,

дружба с которой была для меня радостью и подарком судьбы.

Л.М.

 

* * *

Поющий циферблат. Крылатые часы.

-  Скажи, который час?

-  Час утренней росы.

Час утренней росы и птичьих голосов.

Волшебные часы. Точнее нет часов.

-  Живя по тем часам, скажи, который час?

-  Тот самый заревой, когда Всевышний спас

Нас, грешных, от тоски, вручив бесценный клад:

Крылатые часы, поющий циферблат.

    1987

 

1 июня 2011 г.

 

* * *

Проснулась – и надо же – всё впереди,

Опять впереди, будто я малолетка,

И мама прижмёт меня нежно к груди

И скажет, смеясь: «Обними меня, детка».

 

Проснулась, и надо же – ждут меня, ждут

Подарки. А я их люблю, как все дети,

И мне предстоит упоительный труд

Развязывать свёртки нарядные эти.

    2010

 

* * *

Всё исчезнет – только дунь –

Полдень, марево, июнь,

Одуванчиково поле,

Полупризрачная доля

Жить вблизи лесов, полей,

Крытых пухом тополей.

   1973


К началу страницы К оглавлению номера
Всего понравилось:0
Всего посещений: 374




Convert this page - http://7iskusstv.com/2011/Nomer8/Miller1.php - to PDF file

Комментарии:

Роланд Кулесский
Натанья, Израиль - at 2011-08-29 09:20:50 EDT
Захватывает проникновенным единством с природой, музыкальностью и лиризмом. Каждое последующее стихотворение кажется сильнее предыдущего, заставляя отдаться новому впечатлению, так что в конце уже не знаешь, что больше нравится на празднике чтения. Спасибо!
Борис Дынин
- at 2011-08-25 23:15:05 EDT
Что может сказать человек, не сведущий в технике анализа стихов, о творчетсве поэтесы, чьи стихи вызывают у него чувства восхищения и удивления от встречи с чем-то замечательным, чкм-то сотворенным по недоступным ему вдохновениям и путям творчества. Спасибо за приобщение!
Виктор Каган
- at 2011-08-24 23:43:34 EDT
Извините - уже два месяца за 40С и мозги, как яйцо в мешочек ... Сайт Ларисы Миллер - http://www.larisamiller.ru/
Виктор Каган
- at 2011-08-24 23:41:25 EDT
Юлий Герцман
- at 2011-08-24 23:32:33 EDT
полиглот
Израиль - at 2011-08-24 23:17:16 EDT

Не могу не согласиться и говорил уже, что Лариса Миллер один из самых сильных русских поэтов последних десятилетий. На всякий случай - её сайт, где найдёте много интересного, включая оцифрованные книги.

Юлий Герцман
- at 2011-08-24 23:32:33 EDT
Это действительно поэзия высочайшей пробы. Я иногда досадую, что ее так много и следующее стихотворение перебивает предыдущее; пытаюсь прерваться в чтении - и не могу.
полиглот
Израиль - at 2011-08-24 23:17:16 EDT
После этих стихов любые слова блекнут - потому народ и помалкивает. Где же то Болдино, где так плодотворно и замечательно, с такой любовью к сущему, с этим - от сердца - многократным "нежно" пишет поэт, с такой щедростью представив себя в этом номере? И можно ли благодарить за то что прекрасно, как всё, о чём написаны эти строки...

_Ðåêëàìà_




Яндекс цитирования


//