Номер 2(27) - февраль 2012
Борис Тененбаум

Борис Тененбаум Наполеон о Макиавелли, или
Н
екая загадка

I

Человек, возглавлявший вторжение в Италию в 1796 году, спустя примерно два с половиной века после смерти Макиавелли, был не государем, а всего лишь генералом Республики. Но определению идеального государя как "...комбинации льва и лисы…” он соответствовал просто идеально. Качества "льва" он продемонстрировал совершенно наглядно, сокрушив все посланные против него армии Империи. А "лисой" оказался такой, что самые изощренные австрийские дипломаты называли его не иначе, как “…бессовестным сутягой…” и “…вымогателем…”. Ho подписали все, что он им продиктовал - у них не было другого выхода. Конечно, генерал Наполеон Бонапарт был не Чезаре Борджиа, он не приказывал удавить людей, с которыми у него возникали мимолетные разногласия. Но вот Венецианскую Республику, пережившую Республику Флоренцию на две с лишним сотни лет, ликвидировал без всяких колебаний, и в точном соответствии с рекомендацией Никколо - из соображений целесообразности. Ему был нужен разменный материал для завершения войны с Австрией, вот и все - а Венеция, хоть и была нейтральна, но подвернулась под руку. Он вообще широко относился к чужому имуществу. Во Францию хлынул поток денег и прочих ценностей, включая конфискованные мимоходом предметы искусства.

В этой связи есть смысл заглянуть в "Государя", мы найдем там вот что:

“…Если ты ведешь войско, которое кормится добычей, грабежом, поборами и

чужим добром, тебе необходимо быть щедрым, иначе за тобой не пойдут солдаты.

И всегда имущество, которое не принадлежит тебе или твоим подданным, можешь раздаривать щедрой рукой…”.

Позднее, когда Наполеон станет уже не генералом, а повелителем половины Европы, он будет слыть весьма экономным и даже прижимистым государем. И Макиавелли объясняет нам, почему это произошло:

“…ради того, чтобы не обирать подданных, иметь средства для обороны, не обеднеть, не вызвать презрения и не стать по неволе алчным, государь должен пренебречь славой скупого правителя, ибо скупость – это один из тех пороков, которые позволяют ему править.

Если мне скажут, что Цезарь проложил себе путь щедростью и что многие другие, благодаря тому, что были и слыли щедрыми, достигали самых высоких степеней, я отвечу: либо ты достиг власти, либо ты еще на пути к ней.

В первом случае щедрость вредна, во втором - необходима. Цезарь был на пути к абсолютной власти над Римом, поэтому щедрость не могла ему повредить, но владычеству его пришел бы конец, если бы он, достигнув власти, прожил дольше и не умерил расходов…”.

Что же касается неслыханных контрибуций, которые он выжимал из побежденных, то и тут все ясно:

“…А если мне возразят, что многие уже были государями и совершали во главе войска великие дела, однако же слыли щедрейшими, я отвечу, что тратить можно либо свое, либо чужое. В первом случае полезна бережливость, во втором - как можно большая щедрость…”.

Как мы видим, Наполеон, великий практик науки власти, с большой точностью следовал всем рекомендациям Макиавелли, великого теоретика власти - но при этом очень охотно говорил, что Макиавелли как истый теоретик “…ничего не понимал в делах правления…”

A Наполеон, надо сказать, в политике очень не любил теоретиков:

“…Я никогда не мог одолеть больше одной страницы Тацита, это — невероятный болтун…”.

II

Хотя казалось бы - к Никколо, великому стороннику реальности, великий император мог бы подойти и поснисходительнее? Скажем, вот эта мысль Наполеона кажется чуть ли не буквальной цитатой из "Государя":

"...Девятнадцать из двадцати тех, кто управляет, не верит в мораль, но они заинтересованы в том, чтобы люди поверили, что они пользуются своей властью не во зло: вот что делает из них порядочных людей...".

Может быть, и мог бы, но он видел Никколо Макиавелли глазами великих философов своего века. А как видели его они? Ну, в качестве примера можно сослаться на Руссо[1], который был свято убежден, что все, написанное Макиавелли, есть скрытое поучение народам, красноречиво описывающим им весь ужас тирании правления одного над многими.

И это было в полном согласии с тем, что думали на этот счет знаменитые энциклопедисты, в первую очередь Дидро[2]:

“…Когда Макиавелли писал своего "Государя", этот труд был как бы предупреждением согражданам: прочтите эту книгу самым внимательным образом. Если вы позволите кому бы то ни было стать вашим хозяином, он поведет себя так, как я описал для вас во всех подробностях. Вот он, дикий зверь, которому вы отдадите себя ...Ошибкой современников было то, что они приняли злую сатиру за хвалебный гимн…”.

А поскольку Наполеон именно и основал во Францию совершенно самодержавный режим Империи, и к написанию конституционных документов подходил с точки зрения, которую он выразил однажды с истинно военной лапидарностью: "...да, да, пишите так, чтобы было коротко и неясно...", то понятно, как он мог отнестись к работе Никколо.

"Государь" написан коротко, но очень, очень ясно. Оговоримся - написан ясно, если говорить только о его содержании, а не о его цели.

Вот она действительно неясна...

A неясность цели, с точки зрения Наполеона - и вправду раздражающий фактор. Если Дидро прав, и это сатира, то Макиавелли опасный агитатор, желающий возродить “… прискорбные воспоминания …” о ликвидированном Наполеоном республиканском режиме. А если "Государь" все-таки не сатира, а объяснение сути системы правления самодержавного владыки, то тем более книга эта вредная и совершенно излишняя.

Если уж император Наполеон гневался на газеты, которые его хвалили (не ругали, а хвалили) за то, что они смеют судить о принимаемых им мерах, то как же он должен был сердиться на автора, объяснявшего даже не меры, а мотивы, на основании которых эти меры принимались, или могли быть приняты?

Hа острове Св. Елены, он сказал Лас-Казу следующее:

“…Я перечитываю Макиавелли всякий раз, когда позволяют мои болезни и занятия, и все более убеждаюсь, что он – профан…”.

Примем это высказывание с долей сомнения - у императора Наполеона для его столь негативной оценки были свои мотивы.

Ну, например - досада на то, что его поняли слишком хорошо?

III

Когда Макиавелли убрал из своего политического трактата "Государь" идею этики как ненужную ему для его логических построений, он сделал нечто подобное Лапласу, убравшему идею бога из астрономических выкладок на основании того, что в этой гипотезе он не нуждается[3].

Эта зияющая пустота на месте, “…где должен быть Бог…”, сводила его современников с ума.

То, что католики считали Макиавелли порождением Дьявола - это понятно само по себе без всяких объяснений. Если даже не прибегать к сильным определениям кардинала Поупа вроде его знаменитого "...пальца Сатаны...", и использовать выражения помягче, то все равно получится вот что: "…соучастник дьявола в преступлениях…", "…писатель без чести и без веры…”, ну, и так далее.

То, что протестанты относились к нему не лучше, тоже само собой разумеется - к вере они относились очень серьезно. Для английских публицистов елизаветинской поры Макиавелли - для них это человек, которого “…дьявол уполномочил вести добрых людей к погибели …”, это “… великий разрушитель…”, “…учитель зла…”, и даже почему-то “…вдохновитель Варфоломеевской ночи…”.

Утверждалось, что он – прототип всех шекспировских злодеев, начиная с Яго. Его именовали "…кровожадный Макиавель…" - и даже его имя, Никколо, обыгрывалось как псевдоним Сатаны, который в английской традиции именуется "Старина Ник".

С течением времени это ставшее уже чем-то вроде ритуала поношение продолжалось - Фридрих Великий называл Макиавелли "…врагом рода человеческого…", хотя в своей государственной деятельности следовал советам Макиавелли с неуклонной последовательностью...

В свое время "Государь" был отвергнут и гуманистами. С богом у них отношения были не больно-то ясны, многие из них были атеистами, но вот в отношении нравственности и установления справедливости – тут они были тверды.

Но у Макиавелли нет никаких ссылок на идеальный порядок Платона или Аристотеля, и нет ровно ничего о месте человека в природе, “…в великой цепи бытия…”, и отсутствие в книгах Никколо этих понятий как “…истинной цели правления…” раздражало их просто безмерно.

Так он и жил себе в своем "посмертном существовании" - таким же одиноким и изолированным, каким он был и в своей земной жизни.

Было, правда, некое формальное облегчение - Макиавелли стали именовать "...темным гением Ренессанса...". То есть идея тут состояла в том, что совершенно так же, как и другие гении того времени - например, Леонардо да Винчи - он глубоко верил в неограниченные возможности человека, считал его "...мерой всех вещей...", а в суждениях своих опирался на эмпирический опыт и на собственный разум. Фрэнсис Бэкон, знаменитый ученый, утверждал, что Макиавелли подошел к проблеме политики научным образом. В общем, Никколо включался в плеяду гениев-гуманистов своего времени, ну, а то, что он заглянул, так сказать, на темную сторону человеческой натуры - так на то он и ученый, чтобы не пропускать и эту сторону бытия человеческого...

Первым из крупных мыслителей, кто попытался примирить понятие "справедливость" с именем "Макиавелли", был, по-видимому, Спиноза. Именно ему принадлежала идея рассматривать "Государя" не как инструкцию для тиранов, а как сатиру и предостережение. И мы уже знаем, что эта мысль была подхвачена и развита позднее такими людьми, как Руссо или Дени Дидро.

Ho в 1802 году в Германии в обращение было пущено совершенно новое истолкование "Государя".

IV

Георг Вильгельм Фридрих Гегель (нем. Georg Wilhelm Friedrich Hegel) родился в 1770, в Штутгарте в семье крупного чиновника, секретаря казначейства при дворе герцога Вюртембергского.

Предки его жили в наследственных владениях императора Карла V, в Каринтии, но в споре Мартина Лютера с Церковью встали на сторону Лютера, и им пришлось бежать туда, где их единоверцев не преследовали.

За два с половиной столетия, прошедших со времен Лютера, религиозные страсти улеглись, лютеранство стало вполне признанной конфессией, и юный Гегель учился в Тюбингенском теологическом институте (богословской семинарии) при Тюбингенском университете.

Он даже был членом студенческого политического клуба, увлекавшегося идеями Французской революции - веяния нового века не обошли своим влиянием и студентов-теологов.

Этот новый век, оптимистично названный Веком Разума, вызвал потрясения по размерам не меньшие, чем те, что сотрясали Европу в эпоху Реформации. Французская Республика, очень скоро ставшей Империей, понесла за границы Франции уже не только идеи - ее экспансия стала носить самый что ни на есть осязаемый характер вторжений. И не только в Италию, о которой мы уж поговорили в самом начале этой главы, отнюдь нет - военные операции шли и на Рейне.

И вот в 1802 году Гегель, обладатель невероятного по силе интеллекта, обратил свой взор в сторону Никколо Макиавелли. И в рукописи “Конституция Германии” сказал он о нем следующее:

“…Если рассматривать "Государя" в его историческом контексте - раздробленная, оккупированная, униженная Италия - … он предстанет перед нами как истинно великое творение подлинного политического ума высокой и благородной направленности…".

Дело тут не в том, что Гегеля вдруг заинтересовала политика - в конце концов, для человека, который поставил своей задачей опровержение формальной логики Аристотеля и замену ее логикой диалектики[4], это была мелкая прикладная проблема.

Нет, его интересовала проблема германской государственности. И в ходе исследования он приходит к защите "властной руки завоевателя" (die Gewalt eines Eroberters), который станет объединителем германских земель, высказывает надежду на возрождение Германской империи, на воссоздание в Германии единой государственной организации.

И в этой связи Гегель находит Макиавелли своим предшественником, жившим в аналогичной ситуации в Италии, написавшим совершенно правильные вещи. Действительно, политика и этика не пересекаются. Они существуют, если так можно выразиться, в разных плоскостях. И Государь вовсе не сатира, чтобы там ни говорил Руссо и прочие, а руководство к действию. Нужна только небольшая поправка.

Вместо слова “Государь” следует употребить слово “Государство”.

V

Ну, что бы там ни говорил Маркс, а философы все-таки не изменяют мир. Вселенскую Церковь взорвал не Мартин Лютер, а всеобщее негодование ее разложением и тленом, и в этом смысле "...агитационный вклад..." папы Александра VI в дело Реформации, был, пожалуй, не меньше лютеровского. Это он, и очень многие, подобные ему, совместными усилиями создали тот пороховой склад, спичку в который бросил Мартин Лютер.

Во вспышке национализма, происшедшем в Европе в ХIХ веке, свою роль сыграло многое - и идеи Французской Революции, согласно которым суверенитет принадлежит не государю, а нации в целом, и завоевания Французской Республики, и неслыханные успехи ее армий под командованием Наполеона, и неистовый грабеж побежденных, который установила его Империя, и ответную реакцию на все это в Испании, в Германии и в России - в общем, факторов было много.

B частности - вереница побед императора Наполеона. Но и "... спичка Гегеля ..." сыграла свою роль, и его идея о наличии национального Духа, находящего свой выход в национальном Государстве, тут очень пригодилась.

Объединенное Королевство Италия Кавура, созданное в 1861, и Германская Империя Бисмарка, созданная в 1870, оказались логическим следствием слов Гегеля, сказанных им в 1802, и получилось, что такие разные люди, как Мольтке и Гарибальди, сходились друг с другом “…на почве преданности национальной идее…”.

Но, как-никак, мы говорим сейчас не об истории Европы в ХХ веке, и не о Гегеле, и не о национализме, докатившемся в конце концов из Европы к местам и подальше от нее - нет, мы говорим об учении Никколо Макиавелли. Мощный интеллект Гегеля мимоходом модифицировал важнейшую из работ Макиавелли: оказалось, что слово "государь" не константа, а всего лишь переменная, примерно как "икс" в алгебраическом уравнении. Гегель заменил этот "икс", сменив понятие "государь" на понятие "государство".

Но, как оказалось, возможны и другие варианты.

VI

Лет эдак через 130 после работы Гегеля, связанной с германской конституцией, наследием Никколо занялся еще один человек, на этот раз не немец, а итальянец. Он был четвертым из семи детей в семье мелкого служащего, поэтому собственных средств у него не было, да к тому же еще и отец его сел в тюрьму за служебные злоупотребления, так что всему семейству пришлось нелегко. Но у него оказались исключительные способности - и он все-таки сумел получить образование - учился в Туринском университете, на филологическом факультете. Очень увлекся социализмом. В 1922-1923 годах был делегатом в Исполкоме Коминтерна и жил в Советском Союзе, даже встречался с Лениным. Женился на русской девушке, да еще из семьи революционера, друга семьи Ульяновых.

В мае 1924 года вернулся в Италию. В том же году создал газеты компартии «l'Unità» («Единство»), занимался не только газетой, а и политикой.

В общем, Антонио Грамши - так звали нашего героя - стал основателем коммунистической партии Италии. Возглавлял в 1924-1926 годах парламентскую группу коммунистов, выступал с жесткой критикой фашизма. А надо сказать, что с 1922 года премьер-министром Италии был человек по имени Бенито Муссолини, основатель фашистской партии Италии.

Можно понять, что Грамши с Муссолини друг друга сильно не любили.

7 апреля 1926 года англичанка Виолета Гибсон стреляла в Муссолини из револьвера. Не попала - пуля лишь задела его нос. Как ни странно - отделалась oнa легко, ее признали ненормальной и быстренько отправили в Великобританию.

Английский паспорт - и английский флот, полностью господствовавший в Средиземном Море - в то время пользовались в Италии таким уважением, что даже покушение на итальянского премьер-министра было спущено на тормозах, причем распорядился на этот счет как раз сам премьер-министр. Но, понятное дело, со своими можно было разобраться покруче.

Заглянем по установившемуся у нас уже обыкновению в энциклопедию:

“…8 ноября 1926 года за революционную деятельность фашисты арестовали Грамши и сослали на остров Устика. В 1928 году фашистский трибунал приговорил его к 20 годам тюремного заключения (затем в результате нескольких амнистий этот срок был сокращён — он истекал в 1937 году). Там и были написаны почти три тысячи страниц, составивших ядро творческого наследия Грамши — знаменитые "Тюремные тетради"…”.

Как ни странно, Антонио Грамши был действительно освобожден в 1937, но умер буквально через несколько дней после освобождения от кровоизлияния в мозг. Так что, как правильно сказано в энциклопедии, ядро созданного им - это его "Тюремные Тетради".

И вот в них есть работа, посвященная нашему старому другу, Никколо Макиавелли.

VII

Грамши был основателем итальянской компартии. Отзывы “отцов-основателей” марксизма о человеке, его заинтересовавшем, были самые положительные: Маркс называет "Историю Флоренции" "шедевром", а Энгельс (в "Диалектике природы") говорит о Макиавелли как об одном из "титанов" Возрождения, как о человеке, свободном от petit-bourgeois взгляда на мир.

Российский читатель, разумеется, может предположить, что работа Антонио Грамши была немедленно переведена на русский и издана в Советском Союзе немалым тиражом?

Коли так, то читатель очень ошибается. Во-первых, "Тетради" далеко не сразу дошли до СССР - тут вмешались многие факторы. И то, что рукописи было нелегко разобрать и привести в порядок, и нелегко переправить в СССР. A в 1939 началась Вторая мировая война, и стало как-то не литературного наследия.

Во-вторых - и в главных - в дело вмешалась политика. Недаром же Никколо Макиавелли утверждал, что политика главней идеологии?

В 1934 году в Москве в русском переводе вышла книга Макиавелли “Государь”. Предисловие к ней написал Каменев[5]. Ну, и в предисловии было сказано несколько лестных слов в адрес Никколо. Он там назван и как “…активный публицист, исследующий механизм борьбы за власть внутри и между итальянскими принципатами…”, и как “…социолог, в совершенстве проанализировавший социологические “джунгли”…”, и даже говорится, что “…подход Макиавелли к проблеме власти и свобода от метафизических и теологических фантазий делают его достойным предшественником Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина…”.

Ну, что сказать? Каменев был уже в ту пору в опале, все свои высокие посты в руководстве потерял, и занимался только делами издательства “Academia”. В конце того же 1934 года его арестовали, в конце августа 1936 - расстреляли, предварительно протащив по трем процессам[6].

Ну, а хвалебные слова о Макиавелли и кощунственное сравнение его с "корифеями марксизма" поставили в вину - на чем настаивал прокурор Вышинский. После этого надолго исчезла из обращения и сама книга “Государь”. Не знаю, была ли она формально запрещена, но изъята из библиотек - безусловно. Хотя бы из-за предисловия.

Вместе с книгой Макиавелли канул в небытие и посвященный ей текст Грамши.

VIII

Времена, однако, менялись и в СССР. В 1982 году в СССР вышла книга "Макиавелли. Избранные Сочинения". Тираж - аж 75 тысяч экземпляров, по теперешним временам дело очень редкое. При книге имеется огромное предисловие, написанное К. Долговым - и добрая треть этого текста вертится вокруг Грамши.

Автор предисловия, я думаю, был человеком очень знающим, но сейчас читать его текст довольно тяжело. Забираться в глубины философии - задача для огромного большинства людей непосильная. Да и время публикации пришлось на такой политический момент, когда обильное цитирование Ленина, Маркса и Энгельса все еще считалось абсолютно необходимым, вне зависимости от контекста. Лично видел статью, где на основании телеграммы Ленина с инструкцией послать на Южный Фронт пару аэропланов утверждалось, что “…Владимир Ильич был родоначальником штурмовой авиации…”.

Так что отложим текст К. Долгова в сторону и попробуем поглядеть в оригинал, то есть непосредственно в то, что написал Антонио Грамши. У него есть, например, сочувственно процитированное высказывание другого исследователя, Короче, о "науке Макиавелли" как о техническом учебном пособии:

“…будучи наукой, макиавеллизм служит в такой же мере реакционерам, как и демократам, подобно искусству фехтования, которое служит как порядочному человеку, так и разбойнику, как для того, чтобы защищать свою жизнь, так и для того, чтобы убивать…”.

Задается извечный вопрос - о целях написания "Государя"[9]. Отмечается, что все крупные политические деятели открещиваются от макиавеллизма, но неизменно следуют его правилам:

“….Преследовал ли он моралистические или политические цели? Принято говорить, что правила, установленные Макиавелли для осуществления политической деятельности, «применяются, но не провозглашаются»; говорят, что великие политики начинают с проклятий Макиавелли, с объявления себя антимакиавеллистами именно для того, чтобы иметь возможность свято следовать его правилам, претворяя их в жизнь…”.

Задается логичный вопрос:

“…Не был ли Макиавелли никудышным макиавеллистом, одним из тех, кто знает «правила игры» и по глупости обучает им других, тогда как вульгарный макиавеллизм предписывает прямо противоположное?…”.

Дальше делается весьма спорное утверждение:

“…Учение Макиавелли не было в свое время чисто книжным, достоянием одиноких мыслителей; «Государь» не был сокровенной книгой, имевшей хождение только среди посвященных…”.

Вообще говоря, это неправда. Книга "Государь", в принципе, писалась буквально для аудитории из дюжины людей: кого-нибудь из Медичи, двух-трех их советников, и нескольких личных друзей Никколо Макиавелли. Ее опубликовали уже после его смерти - а то, что книга разошлась в рукописных копиях, самиздате того времени, объясняется только взрывной силой самого текста, а вовсе не намерениями автора.

Но спорить с Грамши мы не будем, а просто послушаем, что он говорит дальше:

“… Стиль Макиавелли – это никак не стиль тех систематических трактатов, которые сочинялись и в средние века и в пору гуманизма; это стиль человека действия, писателя, который хочет побудить к действию, это стиль партийного манифеста…”.

То есть Антонио Грамши утверждает, что сказанное Макиавелли есть вовсе не "...инструкция по фехтованию...", и уж тем более не сатира, а партийный манифест. Партийный манифест какой партии? Ну, как какой? Народной, естественно:

«…Государь» Макиавелли мог бы рассматриваться... как порождение конкретной фантазии, воздействующей на разъединенный и распыленный народ, с тем чтобы всколыхнуть его и организовать в нем коллективную волю…”.

Методы действия, изложенные в "манифесте", Грамши представляются вполне правильными:

“…Макиавелли рассуждает о том, каким должен быть Государь, чтобы привести народ к созданию нового Государства, и его рассуждения ведутся строго логично, научно отрешенно;…”.

А дальше следует взрыв эмоций - но эмоций не Никколо Макиавелли, а Антонио Грамши:

“…сам Макиавелли становится народом, сливается с народом, ….вся «логическая» работа оказывается не чем иным, как саморефлексией народа, внутренне целостными рассуждениями, … завершающимися страстным непроизвольным криком…”.

Мы уже несколько знакомы с Никколо Макиавелли, не правда ли? Представить себе этого очень умного и очень ироничного человека, испускающего “…страстные непроизвольные крики…”, можно только в одном случае - в случае, если он наконец-то остался наедине со своей любимой Барбарой Раффакани, и она как бы не против...

Какие все-таки чудовищные глупости пишут революционеры, целиком задвинутые на своих политических страстях…

IX

Но не будем колоть глаза Антонио Грамши теми явными нелепостями, которые он нагородил насчет Макиавелли, якобы сливающегося в экстазе с восставшим народом. Посмотрим на то, что есть в сухом остатке - Грамши делает примерно то же, что и Гегель: он тоже рассматривает понятие "государь" как переменную, как некий "икс" - но в отличие от Гегеля подставляет вместо "икса" не "государство", а "компартию". Это уже кое-что, потому что понятно - на это же место можно поставить и другую партию.

Что, как не "маккиавелизм" революционеров, изображено в "Бесах" Достоевского?

И знаменитый призыв Макиавелли "...освободить Италию от варваров..." - помещенная им в самом конце "Государя" цитата из Петрарки - вполне можно вывернуть наизнанку? И превратить его в чисто технический совет тем же "варварам" - вот как вам надо действовать, чтобы завоевать Италию? Собственно, ведь однажды сам Макиавелли именно это и сделал - указал первому министру Франции, кардиналу Руанскому, на его опасные для дела Франции ошибки?

В общем, по-видимому, "загадки Макиавелли" нам с вами не решить[7]. Над Грамши сейчас, из нашего безопасного далека, нетрудно и посмеяться, но если уж такой человек, как Гегель, придумал, что во имя государства и высшего блага можно делать что угодно - нам остается только сложить руки. Правила завоевания власти вечны и едины, первым указал на эти правила Никколо Макиавелли - и втиснуть в них этику не удается даже таким гигантам, как Гегель или Спиноза.

Можно, однако, добавить пару слов на тему ограничений, накладываемых социумом. Ограничения эти касаются не столько методов, сколько “…социально приемлемой доли насилия…”.

Чезаре Борджиа, столь живо изображенный в "Государе", действовал в мире, сравнимом с миром теперешних гангстеров. Ограничения были сняты полностью, он, в принципе, мог делать что угодно. Кстати - что угодно могли сделать и с ним. Это правило "…сделать что угодно…" волей или неволей оказывается в силе в обществе, где нет законной процедуры периодической смены власти, и в точности так, как было в случае Чезаре Борджиа - правило работает в обе стороны.

Сталин, конечно, убил Каменева, и расправился с его семьей. Но и сам он до конца дней своих опасался заговора, и по сей день существуют подозрения, что умереть ему все-таки помогли.

А его партнер и противник, Уинстон Черчилль, после всех своих взлетов и падений, и даже после того, как он был свергнут со своего второго премьерского поста партийной интригой в духе чистого макиавеллизма, все же благополучно дожил до глубокой старости и умер в своей постели.

Может быть, такое положение дел, когда бой идет по правилам, и побежденных не убивают, а отправляют в отставку, можно назвать суммарным успехом британского парламентаризма?

Примечания

Жан-Жак Руссо (фр. Jean-Jacques Rousseau) — писатель, мыслитель, композитор. Разработал прямую форму правления народа государством — прямую демократию, которая используется и по сей день в Швейцарии.

Дени Дидро (фр. Denis Diderot) - писатель, философ-просветитель и драматург. Вместе с Вольтером, Руссо, Монтескьe, Д’Аламбером и другими энциклопедистами основал «Энциклопедию, или Толковый словарь наук, искусств и ремёсел».

1. Наполеон как-то спросил Лапласa: “Ньютон в своей книге говорил о Боге, в Вашей же книге я не встретил имени Бога ни разу”. Лаплас ответил: “B этой гипотезе я не нуждался”.

2. Гегель предлагает т. н. спекулятивную логику, включающую в себя диалектику — науку о развитии. Последнее, согласно ей, проходит три стадии: тезис — антитезис — синтез.

3. Лев Борисович Каменев (1883-1936) – советский партийный и государственный деятель, большевик, революционер. В 1936 осужден по делу «Троцкистско-зиновьевского центра» и расстрелян. Реабилитирован в 1988 году.

4. По делу так называемого “Московского центра”, по делу “Кремлевской библиотеки и комендатуры Кремля”, и по делу “Троцкистско-зиновьевского объединённого центра”.

5. Вопрос о том, что же все-таки Макиавелли считал достойным моральным основанием для действий по его системе, настолько растиражирован, что получил даже специальное название - "загадка Макиавелли".


К началу страницы К оглавлению номера
Всего понравилось:0
Всего посещений: 216




Convert this page - http://7iskusstv.com/2012/Nomer2/Tenenbaum1.php - to PDF file

Комментарии:

Суходольский
- at 2012-03-02 21:55:20 EDT
Уважаемый Борис Маркович, Вам не нужно ни оправдываться, ни самоуничижаться - Ваши произведения мне нравятся, но не о них сейчас речь. Я собственно и поднял перчатку, брошенную коллегой Фуксом, потому что речь он завел о первоисточниках. Мне кажется, что на сайте, имеющем, судя по названию, отношение к истории, разговор о том, что считать первоисточником, вполне уместен, не так ли? Вы несколько раз объясняли и публике, и коллеге Фуксу, что Вы имеете в виду под источниками в Вашей работе. Не обсуждая нужность тех или иных источников, скажите, Вы согласны с мнением коллеги Фукса, что "Вы, Б.М., демонстрируете свойства и качества настоящего профессионала писателя-исследователя: тщательную работу с первоисточниками". Вопрос, собственно, в том, считаете ли Вы те материалы, с которыми Вы работаете, первоисточниками или нет?
Элиэзер М. Рабинович - В. Янкелевичу
- at 2012-03-02 19:36:25 EDT
Янкелевич - Элиэзеру М. Рабиновичу
Натания, Израиль - Fri, 02 Mar 2012 16:01:51(CET)

Дорогой Элиэзер, я согласен с Вами в том, что действительно, написано очень интересно. Но вот вопрос о морали политика в Вашей трактовке у меня вызывает сомнения. В частности Вы пишете: "не было сомнений в моральности американских президентов, даже если они оказывались никудышными политиками (например, Картер)" На мой взгляд никудышний политик в роли американского президента аморален по поределению. За его благоглупости (моральность в трактовке Картера), другие вынуждены платить кровью.


Дорогой Владимир, Вы нередко не полностью понимаете смысл сказанного мной, потому что расширяете тему для вселенских масштабов, когда она становится недостаточной даже для обсуждения на симпозиуме. Все люди ошибаются, ошибка не делает человека аморальным, но значение ошибки зависит от положения человека. Это может показаться фрейдистским, что Вы сделали ошибку (опечатку) именно в словах " по определению" - у Вас "по поределению", и я на этом примере хочу показать, что ошибка писателя Гостевой книги, в силу его положения, не имеет никаких последствий, как и в случае, если бы Вы не озаботились запятой в известном примере: "казнить нельзя миловать", а в руках политика такой же грамотности и моральности, это означало бы разницу между жизнью и смертью. А если хирург поменял бы местами "о" и "п" - скажем, стал бы оперировать правую ногу вместо левой? Стал бы он автоматически аморальным? Лучше всего ничего не делать - только это гарантия от ошибок и обвинений в аморальности. Папа Бонифаций (8-ой), отказавшийся от должности, помещён Данте в преддверие Ада, предназначенного для ничтожных.

Виктор Каган
- at 2012-03-02 16:23:31 EDT
Марк Фукс
Израиль, Хайфа - Fri, 02 Mar 2012 15:22:33(CET)

Очень жаль, что приходится оправдываться, когда причин для этого нет. А поводы всегда найдутся. Нет в написанной в жанре исторической прозы книге списка литературы, как в исследовании по истории, «простой читатель» возмутится: «Вы видели список использованных первоисточников? От простого читателя это тщательно скрывается. А как хотелось бы увидеть профессионально оформленные ссылки: автор, название, издательство, год, место, страницы... Вот этот факт, мол, отсюда взял. А этот - отсюда. А эту дату можно тут уточнить. А эта версия - там-то описана...». Снабдит автор такую книгу профессиональным библиографическим аппаратом, возмутится другой «простой читатель»: «Для чего этот километровый список источников, ссылки, примечания и т.д., нужные только профессионалам? Морочит голову простому читателю, учёность свою показать хочет. А простой читатель изволь продираться сквозь эти заросли показухи, только отвлекающие и затрудняющие чтение». И невдомёк «простому читателю», что говорит он о себе, а не о книге. Потому что, если он «в теме», то легко может оценить степень проработки автором литературы, а если не в теме и благодаря книге тема его заинтересовала, к его услугам огромная историческая литература. Так или иначе тема прочтения и претензий к авторам по причинам непонимания жанра или ещё каким-то уже столько раз обсуждалась, что похожа на привычный вывих – вправляй, не вправляй, а он есть: кому в селёдке сахара мало, кому торт недосолен.

Борис Дынин
- at 2012-03-02 16:20:14 EDT
Предлагаю игнорировать постинги г-на Суходольского о работах Б.М. как занудство, мотивы которого есть дело личное (другие его постиги - дело другое). А также указать тем, кто с видом "творца" рассуждает о "компиляциях", что чистое творчество есть онанизм (квалифицирую - интеллектуальный), ибо в ином случае творчество есть всегда и восприятие (использование) другого. Очевидно, источникам нравится, как их использует Б.М., что передается его читателям, не озабоченным личными мотивами, о коих сказать не разрешит Модератор.


Янкелевич - Элиэзеру М. Рабиновичу
Натания, Израиль - at 2012-03-02 16:01:51 EDT
Дорогой Элиэзер, я согласен с Вами в том, что действительно, написано очень интересно. Но вот вопрос о морали политика в Вашей трактовке у меня вызывает сомнения. В частности Вы пишете: "не было сомнений в моральности американских президентов, даже если они оказывались никудышными политиками (например, Картер)" На мой взгляд никудышний политик в роли американского президента аморален по поределению. За его благоглупости (моральность в трактовке Картера), другие вынуждены платить кровью.

Мораль, в общем то, это - вид общественных отношений. Именно поэтому есть такой предмет, как социология морали, который изучает закономерности как формирования систем моральных ценностей различных социальных групп, так и взаимодействия этих социальных групп. Нужно так же иметь ввиду, что мораль изменяется в процессе нормотворчества людей, самостоятельно, со всей ответственностью за моральность своего выбора принимающих решения о выборе целей и средств. Есть разные моральные ситемы и нормы. В мире идет постоянная борьба различных цивилизаций, одной из причин которой, является именно несовпадение моральных ценностей. В этой связи интересны слова Карла Маркса: "У республиканца иная совесть, чем у роялиста, у имущего — иная, чем у неимущего, у мыслящего — иная, чем у того, кто не способен мыслить".

Я абсолютно убежден, что Пиночет в системе своих моральных ценностей, где на первом месте - Чили, глубоко морален, но многие считают иначе. И именно так же люди относятся к названным Вами лидеоам, например к Тетчер.

Как согласуется с моралью отвлекающий маневр на войне, где подразделения отвлечения должно погибнуть? Или подавление протестов шахтеров в Англии? Можно на эту тему писать много, просто то, что жизненные принципы Достоевского (слезинка ребенка) и Черчиля, на мой взгляд несколько отличаются.

Я надеюсь, что Вы мне простите этот тон, просто в Израиле уже утомительно слушать о моральности ответных бомбврдировок позиций боевиков в газе, где может пострадать некто невинный. Кстати, во время бомбврдировки Иракского реактора (морально или нет?) погиб французский техник.

Б.Тененбаум
- at 2012-03-02 15:50:32 EDT
М.Фуксу:

Марк, Справедливости ради надо бы добавить, что в публикации об израильских танках вы предложили и саму тему, и название статьи, а не только "... сделали фото...", как вы говорите. Большой вклад в дело внес Л.Е.Комиссаренко, который написал такой комментарий, который, собственно, стал отдельной статьей.

http://berkovich-zametki.com/2010/Zametki/Nomer8/Tenenbaum1.php

Cырые технические материалы об израильских танках были в основном взяты с сайта www.waronline.org - и я даже консультировался с его редактором, он очень знающий человек. Эксплутационную документацию на иврите - нет, этого я не читал. Кое-что нашел в военных журналах в Сети, издаваемых на английском.

Теперь отдельно, к сведению г-на Суходольского, по поводу "первоисточников":
Книжка "Макиавелли", на полях которой происходит "... битва за чистоту науки ... ", вышла в категории "Научно-Популярная Литература". Соответственно, труды Гегеля НЕ штудировались - ни на немецком, ни на английском, ни на русском, а просто были найдены выдержки из его работ, имеющие касание к предмету.

В связи с чем само собой понятно, что получившийся продукт есть компиляция/плагиат, придуманный на ходу и сделанный на уровне учащисся ФЗО (это цитата), и способный удовлетворить только невзыскательную публику.

Если вы удовлетворены сделанным чистосердечным признанием, то может быть, на этом и покончим ?

Марк Фукс
Израиль, Хайфа - at 2012-03-02 15:22:33 EDT
Несколько слов в собственное оправдание или «А в чем неточность?»

Суходольский
- at 2012-03-01 09:04:31 EDT
Марк Фукс
Израиль, Хайфа - Thu, 01 Mar 2012 06:43:05(CET)
Вы, Б.М., демонстрируете свойства и качества настоящего профессионала писателя-исследователя: тщательную работу с первоисточниками
.............................
Это здорово! Но вот откуда Вы это знаете? Вам автор говорил? Или Вы видели список использованных первоисточников? От простого читателя это тщательно скрывается. А как хотелось бы увидеть профессионально оформленные ссылки: автор, название, издательство, год, место, страницы... Вот этот факт, мол, отсюда взял. А этот - отсюда. А эту дату можно тут уточнить. А эта версия - там-то описана... Пусть не в "бестселлере", но хоть в статье в журнале. Но мечты, мечты, где ваша сладость!


--------------------------------------------
Трудно быть успешным.
Особенно на сайте где самые говорливые и голосистые, из числа «гомо-советикус».
Ну, казалось бы, что произошло?!
Автор и Редакция опубликовали материал из готовящейся к печати книги, получивший от ряда читателей те или иные отзывы.
(В подавляющем большинстве - положительные).
Я позволил себе также отозваться, где отметил, что автор демонстрирует качества настоящего профессионала и тщательно работает с первоисточниками.
Почему я так считаю, и написал так?
1. Потому что профессионал в отличие от любителя способен систематически, стабильно и постоянно выдавать результат на высоком уровне. Профессионализм – это степень владения мастерством.
Б.М.Т. абсолютно попадает под это определение. Он с завидной регулярностью, на высоком уровне, в коммерческом издательстве выпускает книги, пользующиеся успехом. Это ли не показатель!?
Он выработал свою манеру изложения, свой подход к жанру, свой, узнаваемый язык.
2.Теперь о значении слова ПЕРВОИСТОЧНИК.
Первоисточник – это основной источник каких-либо сведений. (Малый толковый словарь, М., «Русский язык», 1990),
Б.М.Т. в своих работах использует оригинальные документы, дневники, письма, статьи и т.п.
Я полагаю, что те документы, которые использует в своей работе Б.М.Т., создавая свои эссе, полностью попадают под это определение.
3. Теперь главная часть интриги.
Отвечаю г-ну Суходольскому лично.
Мне в ходе общения с Б.М.Т. и процессе обсуждения одной из статей, к которой я представил ряд фото, мне представилась возможность заглянуть в лабораторию Б.М.Т. и оценить как объем перерабатываемой информации, так и качество самой работы.
В свое время, А.Е. Бовин, пожив в Израиле, с удивлением заметил, что вопреки его прежнему мнению, евреи – хорошие солдаты и плохие дипломаты. Разумеется, речь шла об израильтянах.
Израильтянин - сабра не станет выбирать выражения и назовет черное – черным, белое - белым, зависть – завистью, гадость – гадостью.
И продолжу: назовет успех товарища – успехом не только его одного, а и успехом всех.
Иногда хочется отбросить дипломатию и побыть саброй.
М.Ф.

Б.Тененбаум-Э.Рабиновичу
- at 2012-03-01 18:46:43 EDT
"... государь должен пренебречь славой скупого правителя ..." - наверное, это действительно неудачный перевод. Лучше было бы не "слава", а "репутация" ?
Элиэзер М. Рабинович
- at 2012-03-01 17:59:34 EDT
Очень интересно написано. Вопрос о морали политика всё-таки не столь прост, и до недавнего времени не было сомнений в моральности американских президентов, даже если они оказывались никудышными политиками (например, Картер). Тем не менее, подлинный лидер нации морали никогда не был чужд:Черчилль, оба Рузвельта, Рейган, Маргарет Тэтчер, Тони Блайер, Трумен - много примеров. А разве сам Наполеон не пытался дать нации законы, основанные на морали?

С этой фразой что-то не так, или ошибка цитаты, или плохой перевод:

“…ради того, чтобы не обирать подданных, иметь средства для обороны, не обеднеть, не вызвать презрения и не стать поневоле алчным, государь должен пренебречь славой скупого правителя, ибо скупость – это один из тех пороков, которые позволяют ему править.

По-моему, должно быть: "должен НЕ пренебрегать..."

Б.Тененбаум-М.Фуксу
- at 2012-03-01 14:18:17 EDT
Марк, спасибо за рецензию. С "первоисточниками" тут довольно просто - Гегель отметился в теме так, что после него начался форменный поток комментариев, уже не к Макиавелли, а к Гегелю :) Про Грамши же и его интерпретацию известно не так широко, но кое-что все-таки есть, или в Сети, или в комментариях к советскому изданию Макиавелли.
Суходольский
- at 2012-03-01 09:04:31 EDT
Марк Фукс
Израиль, Хайфа - Thu, 01 Mar 2012 06:43:05(CET)
Вы, Б.М., демонстрируете свойства и качества настоящего профессионала писателя-исследователя: тщательную работу с первоисточниками


Это здорово! Но вот откуда Вы это знаете? Вам автор говорил? Или Вы видели список использованных первоисточников? От простого читателя это тщательно скрывается. А как хотелось бы увидеть профессионально оформленные ссылки: автор, название, издательство, год, место, страницы... Вот этот факт, мол, отсюда взял. А этот - отсюда. А эту дату можно тут уточнить. А эта версия - там-то описана... Пусть не в "бестселлере", но хоть в статье в журнале. Но мечты, мечты, где ваша сладость!

Марк Фукс
Израиль, Хайфа - at 2012-03-01 06:43:05 EDT
Прочел с большим интересом.
Вы, Б.М., демонстрируете свойства и качества настоящего профессионала писателя-исследователя: тщательную работу с первоисточниками, высокий уровень и охват исходного материала, постоянство в достижении результата.
Мне остается только не отставать и демонстрировать качества профессионального читателя, что я и пытаюсь делать в силу своих скромных возможностей.
Спасибо.
Всего доброго.
М.Ф.

Б.Тененбаум-Самуил
- at 2012-02-29 20:27:00 EDT
Рад вас "видеть", дорогой друг - пусть даже в виртуале. "Макиавелли" продается уже не только в России - свой экземпляр я купил в Бостоне, в магазине "Петрополь". Собственно, должны привезти и из Москвы пару копий, но это будет не раньше апреля.
Самуил
- at 2012-02-29 20:11:57 EDT
Ожидая прибытия вашей книги, не хотел, дорогой Борис Маркович, читать отрывок из нее. Но... эту книгу опять российская почта везет — уж не знаю на чем или на ком — так, что замучаешься ждать... Не удержался, прочел. Как всегда у вас, — замечательно!
Б.Тененбаум-Ю.Герцману
- at 2012-02-28 21:42:56 EDT
Пожалуй, что так и есть. Наполеон Карлович, во всяком случае, Тацита на дух не переносил. Как и Макиавелли. Вообще, я не припомню ни одного политика, большого или малого, который открыто похвалил бы Макиавелли. Практики, они следуют его совету: "... на людях государь должен был милосерден и благочестив ...".
Юлий Герцман
- at 2012-02-28 21:03:20 EDT
Макиавелли был, пожалуй, первым политтехнологом в современном понимании этого слова, и отношение Наполеона к нему - типичное отношение конструктора к технологу: "Сам знаю, как делать!"
Б.Тененбаум-Буквоеду
- at 2012-02-28 15:10:05 EDT
Уж не знаю почему, но в силу неких таинственных причин Антонио Грамши в СССР был задвинут куда-то подальше, а на первый план "выкачен" Пальмиро Тольятти.
Буквоед - Б. Тененбауму
- at 2012-02-28 14:44:19 EDT
Интересно, что Грамши в СССР под "запретом молчания": основатель ИКП, "узник дуче", потом умер, - и всё

Б.Тененбаум-Элле :)
- at 2012-02-28 14:28:23 EDT
Ну, помилуйте, это же сказал всего-навсего зоолог, и его главный пункт - бабуины :) Но насчет "... неимения предрассудков ..." - о да.
Элла Тененбауму
- at 2012-02-28 14:15:09 EDT
Так вот, поведение хитрых бабуинов, защищавшихся "предрассудками", зоолог-комментатор назвал макиавеллистическим
Хмм! Я бы так не сказала. Макиавелли, правда, демонстрирует возможность манипуляции чужими предрассудками, но как-то скорее между прочим. Для него главное - чтоб своих не иметь.

Б.Тененбаум-Элле
- at 2012-02-28 13:25:44 EDT
"... в книге, по сути, речь идет о чистой целесообразности ...

Вот и мне тоже так кажется. Помнится, как-то по телевизору попалась мне передача из серии о животных, и показан там был хитрый такой прием, которым бабуины малого роста спасались от колочения альфа-самцом: они катали на себе детенышей. А у бабуинов, оказывается, есть запрет на то, чтобы атаковать мелкого бабуиныша - и он распространяется и на тех, кто с ними в данный момент играет. Так вот, поведение хитрых бабуинов, защищавшихся "предрассудками", зоолог-комментатор назвал макиавеллистическим :)

Элла Тененбауму
- at 2012-02-28 10:15:55 EDT
Вопрос о том, что же все-таки Макиавелли считал достойным моральным основанием для действий по его системе, настолько растиражирован, что получил даже специальное название - "загадка Макиавелли".

Отгадка наверняка интересна историкам, но в книге, по сути, речь идет о чистой целесообразности. Моральные ограничения накладываются (или нет) в каждом конкретном случае по условиям места и времени.

Aschkusa
- at 2012-02-28 07:20:52 EDT
Интересная публикация по короткому сравнительному анализу Маккиавели-Наполеон-Грамши - через время и события.

Маленькая описка в немецком тексте:"die Gewalt eines Eroberters". Надо бы Eroberers.

Б.Тененбаум-Е.Майбурду
- at 2012-02-28 03:28:15 EDT
Это глава из "Макиавелли".

Наполеон его почему-то не жаловал, и обвинял в проф.непригодности. Скорее всего, по "наводке" Руссо, который по доброте своего сердца счел Макиавелли великим сатириком и осмеятелем деспотов. Наполеон в дело особо не вник, и положился, так сказать, на мнение специалиста.

Так все и шло вплоть до Гегеля, который додумался заменить слово "государь" на слово "государство". Если так сделать, то по Гегелю - все в порядке. Грамши пошел еще дальше - заменил слово "государь" на словосочетание "ком.партия".

Е. Майбурд
- at 2012-02-28 03:05:22 EDT
Как всегда, прочитал с большим интересом. Не понял только одного: из какой книги эта глава - про Маккиавели, про Наполеона, или из новой в серии "гении власти" - про Грамши? Как-никак основоположник новой левой...

_Ðåêëàìà_




Яндекс цитирования


//