Номер 7(54)  июль 2014
Андрей Масевич

Андрей МасевичDe natura humana…
Я тоже знал Кона

(продолжение. Начало в №6/2014)

Памяти Игоря Семеновича Кона

Часть IV. Ненаучные рассуждения

Все-таки Шопенгауэр, несмотря на его репутацию, - большой романтик. Потому и написал те слова, которые я дважды цитировал – об иллюзии, которую природа внушает мужчине, что эта женщина много желанней других. Философ не говорит нигде, таким ли образом обманывается и женщина, или природа дурачит её другой иллюзией. Но, как бы то ни было, его формула предполагает, пусть на некоторое время, влюбленность, то есть моногамию.

Можно романтизировать и вычитанный мной у Мани трехчастный сценарий - фазы любви: ее рождение, становление и угасание прямо напоминают жизнь человека.

А вот истории, что я вам рассказал, основаны, как принято выражаться в ученых трудах, на другой модели.

В мужчине, в женщине - постоянно бьется обезличенное желание – хорошо, пусть это будет созданная природой иллюзия, согласимся в этом с философом. Но потребность в сексуально-эротических ощущениях, желание, не сфокусированное на определенном лице – создает, то усиливаясь, то ослабевая, психобиологический фон жизни, также как возникающие у нас временами жажда, голод или усталость. Некоторые легко, быстро и весело и утоляют свою жажду, другие с трудом находят партнеров и мучительно добиваются контакта. Иногда сексуальная активность принимает форму трехчастного сценария, но не менее, по-видимому, часто возникают беспорядочные множественные связи, по-научному – промискуитет, а по обыкновенному если, то распущенность, или того хуже - разврат. Принято считать, что такое поведение порочно.

Стремление к наслаждению [без правового ограничения] называется похотью (или просто сладострастием).

Порок, возникающий из этого, называется распутством, а добродетель в отношении этих чувственных

побуждений — целомудрием, которое здесь должно быть представлено как долг человека перед самим собой.

Иммануил Кант «Метафизика нравов»

Иммануил Кант

Но если порок свойственен большой части общества, то это должно бы означать катастрофу.

Михаил Веллер выступает по телевидению

«Хана такому обществу, - так и пишет в пижонском эссе под названием «Кассандра» известный современный автор Михаил Веллер, - где исчезли архаичные и наивные ныне понятия вроде чести, стыдливости, верности, идеала и прочих романтик. Что стоит на рубле ‑ под рублем и развалится. Цивилизация, где женщина легко становится шлюхой, как бы продолжая при этом оставаться нормальной женщиной - это обреченная, больная, меченная знаком гибели цивилизация».

Похоже ведь на иеромонаха Макария, бранящего Кинзи, ей богу, что-то есть…

И чуть раньше в том же тексте:

«Переставая вообще оперировать понятием "порок", мы тем самым перемешиваем порок с нормой воедино и теряем нравственные ориентиры. Это значит - что? Это значит: стремление к деньгам остается, а стремление к чему-то большему, что главнее денег - как-то исчезает»

Причем же тут деньги? Мои, например, истории относятся по большей части к коммунистическим временам, когда я был молод, а на рубле особенно ничего не стояло. И заметьте, ни в одной из них деньги никаким образом не участвовали.

Превосходно все же сказал Бродский: «Наравне с землей, водой, воздухом и огнем - деньги суть пятая стихия, с которой человеку чаще всего приходится считаться». Нравится это романтическому г-ну Веллеру или не нравится, но на рубле, на долларе, на евро и на прочих валютах стоит в человеческом мире многое и стоит крепко. Коммунизм потому, кстати, и развалился, что на рубле не стоял. Не так уже много на свете вещей, которые главнее денег.

Философ Кант, как видите, гневно осуждал эротизм. Попробуем дать слово и другой стороне. Правда, по масштабу личности наш защитник эротизма все же не Кант. Но пусть и ему, вернее ей, будет предоставлено слово. Вот, цитирую из романа «Emmanuelle». Забавно, что героиня романа и его автор, обеих зовут Эмманюэль, - почти что тезки Канта.

«…И что вы знаете об эротизме?

- Эротизм это.… Как бы точней… Культ чувственных наслаждений, свободный от всякой морали.

- Ничего подобного. Все обстоит как раз наоборот.

- Ах, это культ невинности?

- Прежде всего, это не культ. Это торжество разума над мифами….»

Эммануель Арсан

Далее разворачивается апология эротизма, он существует только у людей, животным он не присущ, а все, что принадлежит исключительно человеку, важней природы.… И вообще, время, когда человек не занимается любовью, – потерянное время. Теоретико-философские рассуждения, надо сказать, маловразумительны.… Зато высказывания героинь – там несколько героинь – абсолютно ясны, они прямо утверждают, что запретов не должно быть, и чем разнообразнее сексуальная практика, тем жизнь богаче. Героини романа следуют своим убеждениям, их опыт, собственно говоря, составляет содержание романа.

Что до «порока», то в сексе он и впрямь неотделим от «нормы» (только объяснил бы мне кто, что такое здесь «норма», и что такое «порок»). В девятнадцатом веке, например, мастурбация девочек считалась страшным пороком, их за это били, связывали руки, всячески унижали, а если не помогало, то оперировали хирургически - удаляли клитор.

Анонимный опрос, который впервые в России в тысяча девятисотые годы провел с помощью анкетирования человек по фамилии Членов, выявил, что онанизмом занимаются более девяноста процентов студентов московского университета[1]. Прочитавши эту публикацию, некоторые философы, Изгоев, например, схватились за голову, - «Караул! Общество порочно!».

…Присоедините сюда другое опасное для расы зло ‑ онанизм. Три четверти ответивших на этот вопрос студентов (около 1600 человек) имели мужество сознаться в своем пороке. Сообщаемые ими подробности таковы: тридцать человек начали онанировать до 7 лет, 440 ‑ до 12 лет! – это из статьи А.С. Изгоева «Об интеллигентской молодежи: заметки об ее быте и настроении» в сборнике «Вехи»

Обложка книги М. Членова

И сегодня каждый второй уверяет, что общество у нас больное. Больное общество… Пустое литературное клише, скажу я вам.

Александр Солженицын совсем в другие времена и по другим поводам, когда обличал Союз писателей СССР, выразился: «…нашему тяжело больному обществу вы не можете предложить ничего… и т. д.».

И классическая русская литература девятнадцатого века занудливо твердила обществу об его болезнях и пороках.

Врач немощей людских, берется ль он лекарством,

Самим состряпанным, бороться с общим злом

И верною рукой, и правильным путем

Больного общества восстановить здоровье?

П.А. Вяземский. «Не по моим ногам усиленный ваш ход...» (1864)

Еще раньше: «Смертная казнь есть некоторое лекарство больного общества» - Екатерина II. Наказ Комиссии о составлении проекта нового Уложения (1767).

Высказалась, однако, просвещенная монархиня! Товарищу Сталину впору.

Болезни общества, видимо, имеют хроническую форму. Но если кто возьмется их лечить, то сделает только хуже. Не надо лекарств, а уж тем более не надо хирургических операций. Только хорошее питание, покой и свежий воздух дадут, возможно, какой-нибудь результат – такую бы мысль я принял.

Но мне кажется, проявления сексуальности, которые иные моралисты называют болезнями, по настоящему не болезни, а имманентные свойства человеческой природы.

Что же до историй вроде моих, то я убежден, что по числу и разнообразию таких анекдотцев, всякое общество, чего бы там высоконравственный г-н Веллер ни изрекал, выходит ничуть не более порочным, чем всякое другое, смотри хоть географически, хоть исторически.

Мне в жизни так называемое порочное поведение встречалось много, а вот идеал «один единственный партнер на всю жизнь» один или два раза за те шестьдесят пять лет, которые я уже прожил в этом мире.

Личный опыт и размышления одного человека – неважный, разумеется, источник данных. Всегда найдется, кто скажет: у тебя такой опыт, а у меня совсем иной, и вообще, почему ты думаешь, что ты умнее всех? Да не думаю я ничего подобного! Просто ужасно не люблю писателя Веллера и почтительно недолюбливаю Канта. А на научность не претендую.

Вот если бы записать несколько сотен рассказов мужчин и женщин, да чтоб рассказчики были разных возрастов с разным образованием, и проанализировать, как надо по науке. Впрочем, Кинзи уже давно сделал что-то похожее, и после него многие тоже… Вот бы и продолжить направление, у них там анкеты были – а у меня бы истории. Там статистика, а у меня чтоб и психология, и семиотика, и анализ текстов, и.… Ох, помечтать, пофантазировать – это меня хлебом не корми.

И что ж? Научности никакой. Так себе - воспоминания, размышления и фантазии. И цитаты. Много цитат.

Часть V. Другой ракурс

Мы прожили с тобой вместе семьдесят два года, и теперь

когда твои глаза закрыты, мои не перестают плакать…

Эпитафия, которую я видел на кладбище Монмартр в Париже

Трансцендентное (из того же неконченого романа)

Я потом много думал об этом разговоре, и, боюсь, нафантазировал. Уже и сам не отличу, что на самом деле было тогда сказано, а что присовокупило сюда мое высокохудожественное воображение.

Лиза, которую в действительности зовут не Лиза, доктор физико-математических наук, преподает в университете в Ярославле…Она моя родственница – дальняя, но кровная, я долго не мог понять нашего родства, потом мне она объяснила – мой прадед по линии мамы и ее прабабка тоже по материнской линии – родные брат и сестра. Значит, выходит, мы с ней четвероюродные. Мать ее, моя четвероюродная тетка, была профессиональной художницей - пейзажи, натюрморты писала, ну и картины по заказу государства, что-то вроде: «Сбор свеклы на колхозном поле». Ее пейзаж «В горах неподалеку от Алма-Аты» висит у меня в комнате уже много лет. Лиза тоже любительски занимается живописью.

Андрей? Это Лиза из Ярославля. Я с мужем здесь в Петербурге

Лиза представила своего мужа Диму, и сказала, что хоть он и третий ее муж, она считает, что состоит в первом и единственном браке, потому что только этот брак освящен церковью.

Ты теперь религиозна?

Всегда была верующей. Но однажды я с необыкновенной ясностью поняла, кто я, что со мной и со всеми будет после смерти. Все вокруг озарило светом. Мне внутренне стал понятен смысл священного писания. Мой священник, отец Леонтий, объяснил, что такое просветление бывало у многих, даже у святых людей. Мы с Димой были на могилах Ксении Петербургской, Иоанна Кронштадтского….

Я попытался ее уколоть:

Если, по-твоему, не освященные церковью браки не в счет, выходит, обе твои дочери обе рождены вне брака.

В этой часовне на Смоленском кладбище находятся мощи Ксении Петербургской

Мои дочери крещены, наша церковь признает браки, регистрированные государством, но настоящую ответственность почувствовала только после венчания с Димой.

Я продолжил колоть:

Теперь можно ответственность ощущать. Искушений, желаний у тебя больше нет. Прошло по возрасту.

Глупости говоришь, ‑ возмутилась моя мама.

Как это упрощено и зло!– обиженно сказала Лиза.

Не обижайся. У меня-то самого они отнюдь не прошли, а наоборот стали изощреннее…

«…всякий, кто смотрит на женщину с вожделением, ‑ процитировал Дима, ‑ уже прелюбодействовал с нею в сердце своем. Если же правый глаз твой соблазняет тебя, вырви его и брось от себя, ибо лучше…».

Вот-вот! Евангелие придает этой чисто человеческой идее статус божественный. А формула-то репрессивная…

Ты считаешь? Может быть, наоборот… Фрейд и Маркузе, сами, вероятно, не сознавая того, иногда говорят то же, что Христос. Кстати, Фрейд был верным супругом.

Пейте, ради Бога, чай, ‑ засмеялась мама, ‑ вот ведь горе-то, общаться с интеллектуалами…

Я всегда испытывал сексуальный голод. Я пил, но не мог утолить жажду, ел, но не мог насытиться.

Вот ты и заговорил библейским языком, ‑ отметила Лиза.

У человечества не хватило бы ни глаз, ни рук, чтоб бороться со всеми соблазнами.

Для вас единственный источник света – вы сами. Любви вы не испытали, ‑ резюмировал Дима, ‑ потому и не утолили своей жажды. Вы прелюбодействовали, глядя на женщин с вожделением. Желали-то чуть не каждую встречную! И познали, думаю, многих…

Многих, но недостаточно…

Мне тебя жаль, – сказала Лиза

Характеры, которые вроде бы брал с натуры, вышли совершенно непохожими. Дима у меня проповедует так, будто он не Дима, а какой-нибудь отец Дмитрий. А он не такой, а доброжелательный, спокойный, умный – математик все-таки. И зовут его не Дима. И Лиза не похожа. Но то видение, когда она поняла все про жизнь и смерть, действительно сильно запало ей в ду.… Ой, опять я! Да, она еще говорила, что очень хочет написать красками открывшийся ей в том видении мир …

«Не получится» - подумал я, но, чтобы зря не колоть, не сказал…

Владимир Соловьев видит в сексуальных отношениях три слоя, три компоненты:

«Хотя все три естественные для человека в его целом отношении или связи между полами, именно связь в животной жизни, или по низшей природе, затем связь морально-житейская, или под законом, и, наконец, связь в жизни духовной, или соединение в Боге, - хотя все эти три отношения существуют в человечестве, но осуществляются противоестественно, именно в отдельности одно от другого, в обратной их истинному смыслу и порядку последовательности и в неравной мере» (Смысл любви).

Что же, истории, которые я рассказал выше, соответствуют, пожалуй, первой компоненте: «животной физиологической связи». «На первом месте в нашей действительности является то, что поистине должно быть на последнем, - животная физиологическая связь, - говорит философ, - Она признается основанием всего дела, тогда как она должна быть лишь его крайним завершением». Должна быть? Что значит «должна быть»? Откуда философ знает, в чем истинный смысл? И еще я против прилагательного «животный». Именно его, да еще посильнее – «скотский» – обычно употребляют церковные люди, когда говорят о сексе. Но разве у животных есть проституция? Порнография? Промискуитет? Только обладающий высоким разумом homo sapiens может наслаждаться перечисленными прелестями.… Эротика – в большой степени явление человеческого сознания.

У животных нет даже понятия «супружеская измена».… Все у них, зверюшек, идет по определённому природой сценарию, и нацелено точно на продолжение рода. И если уж что-то из этой области нашей жизни уподоблять братьям меньшим, так уж скорее это брак.

«Для других – пишет Соловьев, - на этом широком основании (под основанием следует понимать то, что философ называет «животной физиологической связью» – А.М.) поднимается социально-нравственная надстройка законного семейного союза. Тут житейская средина принимается за вершину жизни, и то, что должно служить свободным, осмысленным выражением во временном процессе вечного единства, становится невольным руслом бессмысленной материальной жизни».

Надо же! Оказывается та жизнь, которую ведет большинство жителей Земли, материальная и бессмысленная. А что? Может быть и так….

Расскажу в этом месте печальную историю.

На поминках по моему коллеге – их устроили в поминальном зале петербургского крематория – о покойном, с которым только что простились, говорила его начальница, яркая осанистая дама:

- Он очень любил свою жену. Всегда так говорил о ней…

Дама эта вообще-то чуть-чуть глупее, чем обычно бывают яркие осанистые дамы, но заметила она правильно, он действительно…

…Смерть почти не изменила наружности Саши. Мне только показалось, что его усы длиннее, чем, как я помнил, были при жизни, и совсем стали седыми…

…действительно говорил о своей жене так.

Александр Константинович был по образованию инженер-физик, окончил политехнический институт в Ленинграде.

Не помню, что привело его в библиотеку Академии наук… Вероятно, его туда определил тесть, профессор библиотечного дела (бывают и такие профессора, не удивляйтесь, впрочем, вы, кажется, и не удивились), отец той самой женщины, о которой Саша говорил так.

Саша умел делать простые и полезные вещи, и никогда не начинал великих проектов, что время от времени делал, например, я – ни один, замечу в скобках, мой проект осуществлен не был. А он настроен был на то, чтобы просто аккуратно работать, может быть, чтобы находиться рядом с кем-нибудь, кто сможет эту работу хорошо организовать. Звезды в небесах и, как он утверждал, женщины его не интересовали.

- Я ей ни разу не изменил за двадцать пять лет. – Это он так о своей жене.

«…Брак, - пишет Кон в книжке «Введение в сексологию»,  - не просто взаимные ограничения и обязанности. Тесный физический контакт способствует даже синхронизации некоторых физиологических процессов супружеской пары – температуры тела, частоты сердцебиений, гормональных циклов…»

Она была крупной, грузной женщиной, с высоким, я бы сказал, пронзительным голосом. Мы с ней тоже работали одно время – я преподавал на кафедре информатики, она там была системным администратором. Манера общения у нее была жесткой… даже, пожалуй, грубой.

- Не открывается сеть? Оставьте запись в журнале. Не буду сейчас этим заниматься. Ничего, ничего, пусть студенты пользуются дискетами.

- У вас вчера была последняя пара в 33 классе? Там один компьютер остался не выключенным.

- Нужен проектор? Когда? Нет, в это время у меня занятие, мне он нужен самой….

Саша однажды поделился со мной некоторыми своими проблемами, о которых говорить не буду, хотя ни Саши, ни этой женщины, уже нет.… Да просто незачем, пожалуй….

«Привычка и рутинизация супружеских отношений, - говорится в той же книжке Кона, - которые нередко растворяются в материально бытовых заботах, притупляют остроту и свежесть чувств…»

Каждый день, по дороге домой, мы с ним пили водку на углу Тучкова переулка и среднего проспекта в баре, из тех, что называют разливухами.

За прилавком там стояла стройная, большеглазая.… Как их именовать, тех, которые в подобных заведениях наливают нам с вами соточки и полтиннички? Барменами? Барменшами? Продавщицами? Не то. Не подходит тем, которые наделяют нас разрушающим и вместе живительным напитком. Они, случается, собой недурны. Эту, например, звали Светой. Когда я заходил туда в жаркое летнее время, Света бывала в таком легоньком прозрачном платье, что у меня дыхание останавливалось, и возобновлялось только после ста граммов…

Ту разливуху не ищите - ее закрыли. Уже восемь лет на ее месте итальянский ресторан с такими ценами, что близко не подойдешь.

Когда в день накануне закрытия Света последний раз налила мне сто грамм, я проникновенно произнес:

- Как мне грустно, что больше вас не увижу.

- Это потому, что вы меня любите. Ничего, пока мы живем, мы многое теряем. Не грустите.

Вот вам и Света. Кто бы мог подумать.… Да, она права, теряем многое, пока живем. Больше, может быть, теряем, чем обретаем. Нет - нет, молчу. И без того наговорил чувствительного.

Там с ней в очередь работала барменом еще одна. Тоже звали Светой. Симпатичная такая толстушка в очках. Когда-то была программистом.

Посещение этого местечка мы обозначали инфинитивной конструкцией «зайти к Светочкам»

Брали сто грамм, иногда селедочку или сосиску, Саша - полстакана томатного сока, становились к длинному столику, приделанному к стенке.

- Мне еще надо купить продукты и готовить ужин…- говорил Саша, - Ира приходит поздно, но к ее приходу надо успеть…

Его жена в то время работала в фонде Сороса и много зарабатывала.… А Саша стоически вел домашнее хозяйство, мог всё починить – от унитаза до компьютера, готовил, убирал квартиру, а летом возился на их даче…

- Вас не смущает, что супруга у вас как бы выполняет мужскую роль, а вы… ну, извините, не под каблучком ли?

- Нет, нисколько.

Вот в такой-то, примерно, момент у Светочек он и пожаловался мне однажды на интимную проблему.… В другой, правда, раз он сообщил, что проблему удалось разрешить, и все теперь в порядке…

- Давайте еще по сто грамм…

Раньше было – ну, медицина там. … Да и на все хватало. А олигархов и демократов этих я ненавижу! Пулемет мне сейчас, всех бы расстрелял! – громко озвучивал свои желания один из постоянных посетителей разливухи.

То время ругают, – соглашался другой постоянный посетитель и философски обобщал, ‑ а ведь все мы вышли из коммунизма.

- Светочка как сегодня хороша! - это я сказал, а не Александр Константинович.

- Да, ничего себе, - это ответил Александр Константинович, и выпил залпом свои сто грамм - но мне все равно…

- Врете ведь, что все равно…

- Вчера по телевизору видел вашего доктора Щеглова. Он объяснял, что заниматься групповым сексом нехорошо…

- Говорят «репрессии» – развивал вечную тему постоянный посетитель, - на самом деле, если не делаешь, чего нельзя, тебя никто не тронет…

- Мои родители жили при Сталине, и ничего…- вторил другой постоянный посетитель.

После двух-трех итераций по сто или по пятьдесят грамм мы с Сашей шли в метро на «Василеостровскую». Потом делали пересадку на станции «Невский проспект». Там долго висела реклама колготок – женские ноги, красивее которых нет ничего на свете, верхняя часть красавицы отсутствует за ненадобностью, а броская надпись сообщала о выдающихся эксплуатационных и эстетических качествах рекламируемого товара.

- Сейчас они все больше носят, - это однажды, стоя напротив той рекламы, констатировал Александр Константинович, а не я,- джинсы, женские ноги только…

Цитирую Ксавьеру Холландер, знаменитую проститутку – писательницу:

Мужчинам нравятся шорты, ведь женские ноги оказывают на них сильное воздействие. Удивительно, но когда мужчина приходит к проститутке, то не обращает большого внимания на ее лицо. Девицу, лицо которой совсем уж уродливо, он, конечно, не выберет, но все же решающим при выборе фактором являются грудь, бедра и ноги.

Профессиональное суждение! Уж кто-кто, а мадам Ксавьера, опытнейший практик секса – эксперт в таком вопросе.

И ведь философия и даже Библия подтверждают ее наблюдения:

…поразительно красивый стан может возместить всякие изъяны: он очаровывает нас. Сюда же относится и то, что все высоко ценят: маленькие ноги, последние – существенный признак рода, и ни у одного животного тарсус и метатарсус, взятые вместе, не малы как у человека, что находится в связи с его прямой походкой: человек существо прямостоящее. Вот почему и говорит Иисус Сирахов (26,23): «Женщина, которая стройна и у которой красивые ноги, подобна золотой колонне на серебряной опоре» (Шопенгауэр, опять Шопенгауэр!).

А что же на этот счет русская классическая литература? Тоже не молчит:

Тут влюбится человек в какую-нибудь красоту, в тело женское, или даже только в часть одну тела женского (это сладострастник может понять), то и отдаст за нее собственных детей, продаст отца и мать, Россию и отечество; будучи честен, пойдет и украдет; будучи кроток - зарежет, будучи верен - изменит. Певец женских ножек, Пушкин, ножки в стихах воспевал; другие не воспевают, а смотреть на ножки не могут без судорог... (Достоевский «Братья Карамазовы»)

«Есть болезнь, - пишет Бердяев, - которая носит название фетишизма в любви. … Болезнь эта состоит в том, что предметом любви делается не цельный человек, не живая органическая личность, а часть человека, дробь личности, например, волосы, руки, ноги, глаза, губы вызывают безумную влюбленность, отдельная отвлеченная от сущности часть превращается в фетиш. … Этой болезнью фетишизма в любви больны в большей или меньшей степени почти все люди нашего времени».

Щеглов в своей книжке объясняет, что наши сексуальные предпочтения это «мягкая форма фетишизма»«Светлый образ» грудастой белокурой женщины, который, - пишет Лев Моисеевич,-  царит в мировой поп-культуре, - фетиш, предназначенный для широкого потребления». Как хотите, а я дерзну возразить.

По-моему, все же фетишизм - патологическое состояние. Много лет назад профессор Андрей Сергеевич Чистович, психиатр, рассказывал на лекциях по медицинской психологии о больном, который коллекционировал женские туфельки. Этот человек разглядывал их, прикасался к ним и при этом онанировал. В таких действиях действительно есть что-то болезненное…

Но как назвать болезнью действие стройных ножек в чулочках сеточкой на жаждущие любви души? И мало ли что еще на эти души действует? Один более чувствителен к такой округлости, другой - к этакому изгибу, а есть, конечно,  такие линии, объемы и краски, которые действуют на многих… Ножки в чулочках отнюдь не заменяют нам целостной дамы, но лишь влекут нас к ней, так возбуждает аппетит красиво накрытый стол.

… - все больше носят джинсы, - это однажды, стоя напротив той рекламы, констатировал Александр Константинович, а не я, - женские ноги только на рекламе и увидишь.

Какой, не помню, был год, когда он поехал в Крым на научную конференцию. Вернувшись, сообщил, что у него там образовался романчик, и после двадцати пяти лет супружеской верности он эту самую верность…

«Увеличение числа успешных сексуальных взаимоотношений за последние 20 лет (речь идет об интервале между опросами, проведенными … в 1971 и 1992 гг. – С.Г.) сопровождается, – по словам тех же исследователей, – постоянным ростом числа параллельных связей. Доля мужчин, состоящих в постоянных отношениях, при этом вовлеченных в параллельные, возросла с 24% до 44%, у женщин – с 9% до 19%» С.И. Голод.

…эту самую верность, все-таки, нарушил.

Любимая жена ничего не узнала – хоть считается, что женщины чувствуют неверность. Вообще-то эта история драматичной не была, драматизм совсем не был в характере Саши, и даже небольшое продолжение романчика в Питере – две – три встречи – ничего особенного не прибавили этому его приключению.

Сашина жена в ту пору меня недолюбливала, ей казалось, что я спаиваю ее мужа.

- Опять с Масевичем бухал, - так я представляю себе выражение ее недовольства.

Дальше пойдет очень печальный рассказ.

- Иру положили в Мариинскую больницу – он взволнованно сообщил мне.

- Что случилось?

- Теряет память…

- А какой диагноз?

- Я не понимаю точно.… Кажется, инфаркт миокарда.

- Были сильные боли в груди? Ей запретили вставать? А причем здесь память?

- Болей не было. Она ходит, и память теперь восстановилась…

- Тогда никакого инфаркта нет…. Давайте, я поеду с вами в больницу, мы поговорим с врачом, я пойму лучше, чем вы, все же у меня медицинское образование.

- Не надо, она вас не любит.

- Пустяки какие, я тоже ее не люблю. Но, несмотря на наши взаимные чувства, попробую разобраться в ситуации.

- Ха-ха-ха… Здорово! Спасибо…

Врача мы не застали. Больная, впрочем, выглядела неплохо, никаких признаков потери памяти не было заметно. За этим, насколько я знаю, следовала консультация невропатолога, курс какого-то лечения.

Два раза потом они были у меня дома – водочка, грибки, жареные колбаски, еще что-то посылал нам Бог. Мы ругали начальство: директора библиотеки академии наук, заведующую кафедрой, ректора университета. Начальство всегда есть, за что поругать.

Потом мы долго не видались. Весной 2011 года мне позвонил Саша.

- Плохо, не стало Иры.

- Что вы! Как это случилось?

- У нее снова начала пропадать память, ее положили в больницу и там …

- Когда это произошло?

- Месяца полтора уже.

- Чего же вы не звонили?

- Сам лежал в больнице.… После ее смерти я некоторое время ничего не помню. Оказалось, в метро я зачем-то пытался перелезть через барьер, меня взяли и отправили в психиатрическую.… Там я провел почти месяц. Урна Иры пока у меня дома. Я договорился о захоронении, там, где ее мать, и там же нашел место себе.…Запиши новый номер моего мобильника, а то городской у меня отключили.

Я потерял записанный номер, хотел найти его, позвонить Саше, но все откладывал. Больше никогда я не слышал его голоса, он пережил жену не больше чем на год.

Мне захотелось немного помолчать... Простите.

Продолжаю, вот здесь цитата из «Смысла любви», в которой описывается третья компонента:

«А затем, наконец, как редкое и исключительное явление остается для немногих избранных чистая духовная любовь, у которой все действительное содержание уже заранее отнято другими, низшими связями, так что ей приходится довольствоваться мечтательной и бесплодной чувствительностью безо всякой реальной задачи и жизненной цели. Эта несчастная духовная любовь напоминает маленьких ангелов старинной живописи, у которых есть только голова да крылышки и больше ничего. Эти ангелы ничего не делают за неимением рук и не могут двигаться вперед, так как их крылышкам хватает силы только на то, чтобы поддерживать их неподвижно на известной высоте. В таком же возвышенном, но крайне неудовлетворительном положении находится и духовная любовь. Физическая страсть имеет перед собою известное дело, хотя и постыдное; законный союз семейный также исполняет дело пока необходимое, хотя и посредственного достоинства.

Но у духовной любви, какою она является до сих пор, заведомо нет совсем никакого дела, а потому неудивительно, что большинство дельных людей glaubt an keine Liebe oder nimmt's fur Poesio. Эта исключительно духовная любовь есть, очевидно, такая же аномалия, как и любовь исключительно физическая и исключительно житейский союз. Абсолютная норма есть восстановление целости человеческого существа, и, нарушается ли эта норма в ту или другую сторону, в результате, во всяком случае, происходит явление ненормальное, противоестественное».

Сам философ, как видите, признает, что этой самой высокой духовной любви в жизни никто никогда не видел, да и смысла в ней большого нет.

Бердяев тоже считает, что духовная любовь редкость, но потому редкость, что для нее еще просто не пришло время.

Н.А. Бердяев

«Христова любовь, - говорит Бердяев – это, прежде всего, ощущение личности, мистическое проникновение в личность другого, узнавание своего брата, своей сестры по отцу небесному. … Вместе с тем Христов Эрос связан с полом, этим первоисточником всякого разрыва и всякого соединения. Христов Эрос не бесполый и не бесплотный, не «импотентно-моральный», как утверждает Владимир Соловьев, он преображает плоть и преодолевает пол, утверждая его сверхприродно. Могущий вместить, да вместит новую плоть любви, но не настали еще времена для вмещения ее в коллективной жизни человечества. … Эрос пробивался в виде ручейков, а не большого потока. Новое религиозное сознание и религиозное творчество связаны ныне с Эросом, с религиозным решением проблемы пола и любви»

Красиво, все-таки, написано. Только спросить бы философа, когда же наступит время небесной любви? Уже более шестидесяти лет с тех пор, как Бердяев умер, но не струйки и ручейки Христова Эроса влились за это время в жизнь людей, а мир затопил, прорвав всяческие запруды, пенящийся поток, именуемый сексуальной революцией.

Единство в Боге. Вон оно что. Но если вы атеист и смотрите на религию как на заблуждение человечества, то, казалось бы, третья компонента любви для вас не может иметь смысла. А если еще принять во внимание, что случаев таких отношений на Земле не зафиксировано, то говорить вроде бы больше не о чем.

Вспомним, однако, атеиста Кона: «… половая близость выступает, как момент психологической, личностной интимности, выхода из одиночества, слияния двоих в единое целое. Это самый сложный вид отношений …. Коммуникативная сексуальность предполагает высочайшую степень индивидуальной избирательности. Именно она обычно подразумевается, когда говорят о половой любви» (подчеркивания мои А.М.).

Разве не соприкасается здесь Кон с Бердяевым и Соловьевым? Еще как. А если имеются совпадения в высказываниях атеиста и философов-идеалистов, то о чем это говорит?

О разном, по-видимому, говорит, но в частности том, что человеку зачем-то нужно идеализировать свои сексуальные отношения.

Идеализация в любви, - писал в молодости А.Ф.Лосев, последователь Соловьева и Бердяева - и даже те мимолетные грезы, которые слетают к нам при встрече с прекрасной девушкой, едва ли есть просто идеализация, то есть простое выдумывание. Не есть ли это откровение мира иного? Может быть, идеализирующий - то и увидел вещи в их настоящем бытии, которое недоступно всем прочим людям с их привязанностью к житейской прозе и неспособностью к этой “идеализации”.

А вот из Герберта Маркузе, уж его-то в идеализме никак не упрекнешь:

«… облагораживание сексуальности, ее сублимация в любовь, произошли внутри цивилизации, утвердившей собственнические частные и общественные отношения независимо друг от друга и в сущностном конфликте между собой.

Герберт Маркузе, 1898-1979

Именно в сфере удовлетворения, в особенности сексуального удовлетворения человеку надлежало проявить себя высшим существом, приверженным высшим ценностям: сексуальность была возведена в достоинство любви». (Эрос и цивилизация)

Одна пятая часть человечества 

Равнодушие или слабо выраженный интерес к половой жизни интерпретируется многими современными психологами, находящимися под влиянием теории Фрейда, как результат невротического развития. Возьму на себя смелость предположить, что, по крайней мере, пятая часть человечества равнодушно относится к сексуальности, несмотря на то, что эти люди вступают в половые контакты и желают иметь детей.

Психология часто не принимает в расчет данное обстоятельство или же отделывается ссылками на вытеснение. Но ведь существуют люди, не обладающие ни музыкальным слухом, ни вкусом. Однажды доктор Сэмюэль Джонсон сказал: «Музыка — это единственный звук, который не в силах меня взволновать». Сексуальность тоже может оказаться неспособной взволновать человека.

Адольф Гуггенбюль – Крейг

 Никому ведь не придет в голову объявлять того, кто не интересуется музыкой, невротиком, тем более что вопреки мнению некоторых музыкальных педагогов, полагающих, что людей, полностью лишенных слуха, не бывает, таковые встречаются в жизни не так уж редко, скажем, не реже, чем люди, равнодушные к сексу – так утверждает Адольф Гуггенбюль – Крейг, старый швейцарский психиатр.

Параллель с музыкой мне не кажется убедительной. Возможно, в музыке есть что-то биологическое (музыка – единственное искусство, которое чувствуют животные), но преобладает в ней все же эмоционально-интеллектуальный компонент, ненавижу пафос, а то бы сказал - духовный. А мотивация к духовному у нас куда слабее, чем мотивация к биологическому…

Я бы предложил параллель другую: секс - еда: Существуют гурманы, готовые специально ехать в другой город, даже в другую страну, чтобы попробовать какого-нибудь блюда. Ирис, помню, водила меня в один ресторан в городе Ош, во Франции, куда ездят гурманы со всей Европы. А есть люди, которые к еде равнодушны.… Едят, конечно, без этого им тоже не обойтись, но что и как, им безразлично. Хотя и у таких время от времени возникает чувство голода. А бывают которые страдают булимией, невероятно прожорливые, и бывают больные, у которых, наоборот, анорексия - полная потеря аппетита. А бывают просто с хорошим аппетитом. Этот человек сильно проголодался и только думает, чем бы утолить голод, а тот наелся так, что на еду смотреть не может.… По-моему, моя параллель ближе, чем параллель с музыкой. Я на самом деле не первый, кто уподобляет секс еде. Правда, уподобление это критикуют…

- Ему бы всыпать, как следует! – возмущалась моя коллега в Российской национальной библиотеке, назову ее Л.К.. Она училась вместе с Л.М., помните ту даму? Которая ‑ коммунистический ортодокс?

Всыпать, по мнению Л.К., надо было С. одному нашему сотруднику.

В те времена – я говорю о первой половине 80‑х, всех нас часто посылали на овощную базу и в совхоз. И этот самый С. – в библиотеке мужчин было мало, и в сельскохозяйственных работах они высоко ценились – неожиданно для всех начал роман на овощной базе. Помните, может быть, как в начале рабочего дня отправлялись гонцы в близлежащие магазины, так, чтобы уже в обеденный перерыв трудящиеся могли стаканчиком-двумя скрасить свою ссылку. А подле С. оказалась некая Ц., отличавшаяся приятной привлекательностью. Зелье, что было своевременно доставлено гонцами, возбудило и многократно усилило желания С.. Дама же, надо сказать, благосклонно ответила на вспыхнувшее к ней чувство. Они уединились - за ящиками, что ли? – ну и.… Чуть не на глазах у всего прогрессивного человечества.

- У него жена, - клеймила Л.К., - маленький сын, а он…

- Бросьте возмущаться, Л.К. – попытался я прекратить ее причитания, - что особенного случилось? Брак без измен такая редкость, что даже не уверен, что вообще бывает…

- Супружеская верность есть! – строго возразила Л.К., - мы с мужем живем душа в душу, и никогда за двадцать лет…

- Дорогая Л…чка, - добродушно сказала Л.М., - И живи себе также дальше. Ты у нас, прямо не знаю, какая молодец…

Политические взгляды Л.К. были еще более радикальными, чем взгляды Л.М.

- Я люблю и Ленина, и Сталина, – заявляла она, - мой папа был полковником и прошел войну, он всегда говорил – если бы не Сталин, войны бы нам не выиграть.… А Хрущев разрушил веру...

Я не отвечал. В маленькой пухлой женщине была такая убежденность, что спор с ней казался бессмысленным. Глаза-угольки прямо сверлили. Обычно речь ее была сладкой, даже приторной, но когда доходило до святого, в голосе появлялся очень твердый металл.

-…Государство должно быть сильным, а правительство строгим, – провозглашала она.

- Что поделаешь, Л.К.? –продолжал мямлить я, - Зачем так осуждать… Кто без греха! Каждый ведь тянется к этим удовольствиям…

- Это псевдо, это ложное удовольствие, – голос Л.К. сделался совсем ледяным, - это грязь…

Вот как. Глядите-ка, смычка с Платоном. Хоть у поглощенной семьей и работой Л.К на чтение Платона, я уверен, никогда не было времени.

Платон в «Филебе» говорит так: «… примесь страдания (к удовольствию - А.М.) лишь щекочет и причиняет тихий зуд, значительно же большая доля удовольствия возбуждает…. И, приводя человека в совершенное неистовство, исторгает у него безумные вопли. … При этом он и сам говорит и другого убеждает, что, испытывая эти удовольствия, он как бы умирает. И их-то (удовольствий смешанных со страданиями – А.М.) он постоянно и всячески добивается тем настойчивее, чем более он разнуздан и безумен, называет их величайшими, а людей, преимущественно проводящих жизнь в этих удовольствиях, причисляет к счастливейшим»

А в книге архимандрита Рафаила (Карелина) «Тайны спасения: беседы о духовной жизни» мне тоже видится общность взгляда с Платоном, даром, что один из авторов язычник, а другой православный фундаменталист, и что между созданием этих текстов прошло больше двух тысяч лет. «По своему действию наслаждение - это усыпление, погружение в подсознание, в процесс, не имеющий цели, то есть когда целью становится сам процесс или мутная радость нервов и крови, похожая на странное удовольствие, которое испытывает человек, расчесывая на своем теле лишаи или рану». - Так пишет архимандрит. Сколько, однако, презрения и у того, и у другого!

- В поликлинике, где я раньше работала, - продолжала Л.К., - нашему заведующему отделением однажды сообщили, что молодой врач и сестра заперлись в кабинете. Он открыл дверь своим ключом и застал их за этими гадкими занятиями. Обоих заставили уйти по собственному желанию. А я бы их по статье … чтобы на всю жизнь запомнилось…

- Супружеская измена, - сказал мне В.В., восьмидесятилетний профессор, друг моего отца, зашедший в годовщину его смерти навестить нас с мамой, – это предательство. Когда моя первая жена мне изменила, я не мог оставаться с ней ни одного дня…

А второй своей жене он бесконечно предан. Когда она серьезно заболела, и заподозрили злокачественную опухоль, он заявил, что если она умрет, он проводит ее, отметит девятый и сороковой день, а сразу после этого тоже уйдет. Речь не шла о самоубийстве, просто он считал, что без нее не сможет, и все произойдет само собой. Слава Богу, опухоли не оказалось.

Отец подружился с этой семьей довольно поздно, ему и В.В. было за пятьдесят. А жена В.В., назову ее Т.М., лет на пятнадцать моложе своего мужа. Эта женщина с нежностью относится ко всякой живности. Моя мама однажды предложила ей снять паутину на кухне у них на даче.

- Что вы, что вы! Это же наш любимый паучок!

И к тому же она музыку хорошо знает.… И специалист, биолог - кандидат наук, и…много еще добродетелей.

Однако же, тогда в гостях у вашего приятеля, она сидела с вами за столом, но вы ее не заметили, а с таким интересом смотрели на брюнетку, которая вас потом пугала, что бросится с седьмого этажа…

В.В и Т.М., кажется, искренне считают, что когда-нибудь встретятся с моим покойным отцом, которого очень любили.

Каждый год перед Пасхой они проделывают огромную работу – готовят ведро творожной массы, замешивают тесто на несколько десятков куличей. Попробуйте-ка такое провернуть!

На вопрос корреспондента православного журнала: А что в браке самое радостное? протоиерей Владимир Воробьев ответил: Ощущение единства в любви, единства в Боге. Когда в твоей семье любят Бога и друг друга. Это и есть самая большая радость, тем более, когда видишь, что вокруг бушует опасное житейское море, кругом шторм и буря, а в твоей семейной ладье – тишина, благодать, мир, любовь и Христос.

Когда я в первый раз в жизни попал в Англию и пришел от западной жизни в телячий восторг, В.В. спросил:

- А ты бы там остался? Разумеется, если б не твои родители…

- Причем родители? Остался бы, безусловно, если бы мне предложили работу. Жизнь там намного комфортней. Да кто же мне предложит? В рай грехи не пускают…

В.В. мой ответ не понравился. Думаю, он бы хотел услышать что-нибудь в таком роде – что там комфорт – не комфорт, моя страна мне дороже…

Мне надо было вести занятие со студентами-вечерниками. В аудитории две наши преподавательницы пили чай.

- Андрей Цезаревич, чайку с нами…

- Спасибо, пожалуй…

В классе был после целого дня занятий беспорядок, и около одного из компьютеров валялась книжка в глянцевой обложке. Я взял ее – это оказался иллюстрированный каталог эротического нижнего белья.

 

Болезнь или не болезнь, но эти красавицы в кружевах похожи одна на другую как капельки сладкого вина.… Пробовали когда-нибудь сотерн? Ну, сладкое французское вино, с фуа гра хорошо идет. Ах, пробовали.… Ну, тогда, пожалуй, понимаете, о чем я…. Деинвидуализация, говорил тогда по телевизору Кон, отчуждение личности.… Допустим, что и отчуждение, а сотерн все-таки хорош…

Что можно и чего нельзя?

…Тут дьявол с Богом борется, а поле битвы – сердца людей.

Достоевский «Братья Карамазовы»

Если не ошибаюсь, а ошибиться здесь могу очень легко, в рукописи Кона, которую я тогда давно прочитал, автор объяснял разные значения слова «норма». Существует норма-норматив - регламент поведения, который задает нам общество, есть норма, как среднестатистическое состояние человека, норма в медицинском смысле - состояние организма, которое считается здоровьем, в противоположность болезни. Есть и норма поведения, которая под разными влияниями образуется в сознании субъекта, мои, так сказать, собственные границы дозволенного. Правда, в опубликованных работах Кона я этих дефиниций не нашел.

Человеческая потребность в сексе и религиозно-социальная норма ее удовлетворения плохо между собой согласуются, а то и прямо одна другой противоречат. Я где-то слышал выражение «социально – биологические ножницы»… Иначе говоря, часто человеку именно того хочется, что норма-регламент, то есть общество, запрещает.

В либеральном обществе либерально относятся и к сексу.

Голландия самая, говорят, либеральная страна - я лично в Амстердаме прогулялся разок по кварталу красных фонарей, где в витринах, свободно предлагая себя, стоят полунагие женщины.… Знаю, о чем хотите спросить. Нет, их услугами я не воспользовался. Любовь не купишь, особенно на мою зарплату.

Мои коллеги преподавательницы склонны называть поведение, которое чем-то им не нравится, болезнью, хотя сами ни малейшего отношения к медицине не имеют.

Или вот, один рассказ Л.К., у которой, кстати, высшее медицинское образование.

- Сын моих знакомых страдал онанизмом. Мальчика лечили гипнозом.

- И помогло?

- Точно не знаю, это была какая-то злокачественная форма…

Когда в 1969 году мы с моей первой женой в Гаграх проводили медовый месяц, мой грузинский родственник, проявляя максимальную деликатность, объяснял мне, что я не должен допускать, чтобы моя жена ходила по улице в платье с открытым животом… «Андрюшка, дорогой – это нэхорошо, ми уважаемая сэм’я…»

Через год, оказавшись в Ярославле, мы с тою же женой зашли посмотреть действующую церковь.

- Пришла в короткой юбке, - шипели старухи.

- Да она не на службу, ей посмотреть интересно…

- В храм из интересу…. Не веруешь, так и не ходи.… А пришла, так надень юбку приличную. Совсем стыда нет. Ни Креста, ни Господа – ничего не уважают…

«Природа любви – эроса, – пишет Бердяев, - очень сложная и противоречивая и создает неисчислимые конфликты в человеческой жизни, порождает человеческие драмы. Я замечал в себе противоречие. Любовь – эрос притягивала меня, но еще более, еще сильнее отталкивала. Когда мне рассказывали о романах незнакомых мне людей, я всегда защищал их право на любовь, никогда не осуждал их, но часто испытывал инстинктивное отталкивание и предпочитал ничего не знать об этом».

Конфликт между желаемым и дозволенным существует не только ведь на уровне личность – общество, но присутствует и внутри, внутри тоже отдельного человеческого сознания.

«Ограничения, налагаемые на либидо, кажутся тем более рациональными, чем более универсальными они становятся и чем в большей степени они пронизывают целое общества. Они воздействуют на индивида и как внешние объективные законы, и как интернализованная сила: власть общества проникает в "сознание" и бессознательное индивида и оказывает влияние на его желания, моральные мотивы и поступки» Герберт Маркузе "Эрос и цивилизация"».

Мой приятель Дмитрий бросил взгляд на проходящее мимо нас по коридору библиотеки существо.

- Как это у нее получается - отдельно двигать жопой, отдельно животом – отреагировал он прямо-таки с отвращением, хотя, уверяю вас, ничего отвратительного в этом создании не было. Словно Филиппо Томмазо Маринетти[2], он выражал презрение к женщине и к эротике.

Тем не менее, когда общество, собравшееся, чтобы провести вечер, украшали дамы, Дмитрий вливал в себя несколько стаканов чего покрепче и начинал рассказывать какой-нибудь из дам свою жизнь, читать стихи, при этом касался ее руки, плеч и так далее.… А далее чаще всего так: дама предлагала ему дружбу. Мой разочарованный приятель напивался окончательно, его охватывала охота к перемене мест, «пойду я отсюда» - заявлял он, и шел, куда глядели его глаза. Попадал он несколько раз в милицию, откуда его приходилось выручать.

Вот вам случай – 22 апреля был субботник, ленинский, коммунистический, как всегда во времена, уже порядком от нас отдалившиеся. Кто постарше помнит – на субботниках немного работали под красными флагами, музыка играла, а потом пили водку, иногда прямо на месте свершения трудового подвига, а иногда шли куда-нибудь…

И в тот раз, мы с Дмитрием, взявши две поллитры, отправились к нашему коллеге Юрику, человеку, окончившему театроведческий факультет театрального института, но настоящей работы не имевшему и таскавшему книги в той же самой библиотеке…

Жил Юрик в коммунальной квартире, жена его в тот день что-то отсутствовала, и в комнате собралось порядочное общество – мы с Дмитрием, один археолог, назовем его Севой – этакий видный малый, и еще человечка два, не помню, кто такие.

- Масевич статью про секс написал, - сообщил Дмитрий, - бабки в библиотеке никак успокоиться не могут…

- В библиотеке и про секс? – удивился археолог Сева

- Ну да, - пояснил я, - как систематизировать книжки по сексологии…

Хозяин комнаты вспомнил, кстати о сексе, что соседка у него по квартире молодая и ничего себе, и к ней приехала в гости подруга, такая что…

- Сева, ты ее должен трахнуть, она точно для тебя …

Разговор дальше шел под тот особенный хохот, по которому вы всегда безошибочно определите, что мужчины затронули вечные и заветные темы. Открылось, что Сева, выражаясь старомодно, - гроза женских сердец. Он этого и не отрицал, а напротив гордо заявил, что, да, ему бабы никогда не отказывают, даже не требуется их клеить[3], сами клеятся, только успевай раздевать, а трахает он все, что только ходит, летает и ползает…

- А помнишь ту у Марика? – спросил один из присутствовавших.

- Ага, сама затащила меня в ванную и задрала платье. Стоя, конечно, неудобно.… Но, если женщина просит…

За увлекательной беседой не заметили, как кончилась водка, кинули на «морского», идти выпало мне. Купив добавку, я вернулся и позвонил в квартиру. Мне открыла действительно чудная девица в легком белом пальтишке, она собиралась выходить и держала на поводке белую тоже лохматую собачку.

В комнате Юрика тем временем уже устроили танцы. Мой суровый друг Дмитрий старательно танцевал с одной симпатичной, которую я, располагая предварительной информацией, идентифицировал как соседку по квартире…

- А Танечка пошла вывести собаку, вернется через десять минут.

Видите ли, на таком интересном месте мне надо было уходить. В больнице умирала моя старая бабушка, ходить к ней нужно было каждый день.

Люди, которые испытывают тоску по советским временам, говорят, что в числе прочего тогда была медицинская помощь. Рассказываю специально для них – бабушка лежала в палате, где кроме нее было еще семь женщин, все в очень тяжелом состоянии. В палате пахло мочой, больные стонали.… Думаете, это была заурядная больничка? Отнюдь! Это была неврологическая клиника медицинского института.

Бабушке требовалось подавать судно, а санитарок не было. Иногда она не выдерживала – мочилась в постель. В этих случаях надо было перестилать. Приходить надо было не реже двух раз в день. Мы делили это бремя с моей матерью.

Так что мне, уже довольно отяжелевшему от выпитой водки, пришлось ехать на другой конец города к бабушке. Было жаль, но я утешал себя, все равно женщин всего две, а мужиков считать если со мной, то шесть, а конкуренции с Юриком и особенно с Севой мне явно не выдержать…

В понедельник Дмитрий мрачно поделился: Юрик выставил его на улицу, сказав «мы сейчас трахаться будем, вали отсюда». Было холодно и поздно, Дмитрий едва успел на транспорт.

Версия Юрика была иной:

- Димка напился, стал клеить Ольгу, которая моя соседка… Ей не понравилось. А он поля не видит, лезет, лапает. Я ему говорю, посиди во дворе на скамеечке, проветрись, потом вернешься…

В обеденный перерыв мы втроем отправились пить кофе, и Юрик изложил подробности минувшей ночи.

- Сам не помню, как мы с Танечкой оказались в Ольгиной комнате. Трахнул я Танечку с кайфом…. Кончил разок, как вдруг заходит Сева. Она как была, голая, встает, подходит к нему и принимается его раздевать.… Молча, без улыбочек, без смешков, такая серьезная, мне еще в голову пришло, что с таким лицом готовятся к самоубийству. Затем ведет его за руку к дивану, кладет на спину, садится сверху и медленно двигается верх - вниз.

И это кадр из фильма Тинто Брасса

Глаза зажмурила, губку закусила, не стонет, не кричит. А грудки у нее, гляжу, кругленькие, крепкие, прямо прЭлесть… (Юрик, забыл сказать, одессит. А как он зрелищно излагает! Театровед, все-таки…). Я подошел, сжал их руками.… А она, как завизжит! Что ты думаешь, я - блядь, групповухой заниматься буду?..

- Так ведь, - буркнул Дмитрий, - она же тебе только что перед этим дала?

- Я и думал, она без комплексов.… Но слышал бы, как визжала! На всех, небось, этажах было слышно. Севка ругался, говорит, надо ж тебе было ее хватать, я из-за тебя, гада, так и не кончил.

Я и прежде замечал, что иной раз женщина, допуская очень много, так много, что дух перехватывает, вдруг болезненно реагирует на действие, которое после того, что уже было позволено, кажется сущим пустяком.

Как-то давно я смотрел передачу о писателе Юрии Власове – помните, чемпион мира был по штанге в шестидесятые, а когда из спорта ушел, стал писать, одно время был известным, сейчас что-то о нем молчат. Один журналист рассказал такое: «Наш известный социальный психолог Игорь  Семенович Кон говорил мне: «я недавно прочитал рассказ писателя Власова. Он точно описывает юношескую психологию, когда в сознании сцеплены сильная сексуальная мотивация и жестко-запретные моральные установки».

Это сцепление, по-видимому, отличает не только зреющую молодую психику.

Была такая Ц., та самая Ц., мой внимательный читатель, которая на овощной базе пошла навстречу желанию одного моего коллеги, ну, вспомнили? Миловидная женщина, хоть и не так молода, в ту пору лет тридцать девять. На работе была молчалива, старательна.…

Однажды отмечали чей-то день рождения, и мы с ней рядом оказались за столом. Она вдруг просит меня:

- Рассказали бы что-нибудь из сексологии, вы, наверно, много знаете…

При этих словах из ее глаз прыгнул чертенок, и я, как человек сексуально просвещенный, кое-что предположил, и, чтобы свое предположение проверить, дотронулся как бы нечаянно коленом до ее колена. Предположение слишком подтвердилось, она стала тереть ногой об мою, и при этом, как ни в чем не бывало, участвовала в застольной беседе. А когда она на меня взглянула искоса, то такие чертенята, уже штук двадцать, не меньше, бегали по ее лицу, что я ей шепнул, не выпить ли нам потом еще в баре…

Мы добавили в баре всего-то грамм по пятьдесят, и Ц. прямо предложила поехать к ней… Она была разведена, жила с матерью и сыном, в тот момент они, кстати, уехали отдыхать.

- Я без этого не могу, - виновато сказала она, расстилая на диване простынку.

Нам с ней удалось, говоря по-научному, пролонгировать фазу перцепции на несколько лет. Мы относились друг к другу без всякой страсти, не было у нас описанных итальянским математиком осцилляций, – ни экстаза надежды, ни депрессии разочарования, просто, когда появлялась возможность, мы ... Сами понимаете.

- Хочешь, буду только твоей?

- Что ты, зачем, мы же с тобой бескорыстно любим секс…

- Я - не люблю. Просто не могу без него. Я как пьяница – он водку ненавидит, а не может не пить.

- Не думай об этом, вот и все. Захотела – сделала…

- Так у меня и бывает, но это нехорошо…

- Что же нехорошего, разве ты приносишь кому-нибудь вред? Обижаешь кого-нибудь?

- Это нехорошо, должен быть один мужчина на всю жизнь.

- Почему?

- Должен быть один на всю жизнь.

- Повторение тезиса не есть аргументация.

- Подожди, порвешь, давай сама сниму…

Она совсем не любила читать и не скрывала этого. Любила популярную эстраду – Пугачеву там, Киркорова.… Никогда, в отличие от других библиотечных дам, не рассказывала о своих домашних делах и на выборах всегда голосовала за национал-патриотов и коммунистов.

Я знал, она постоянно встречается еще с одним мужчиной, тот относится к ней, как к жене, нежен, делает подарки…

- Ему почти пятьдесят, женат не был, живет с матерью…. Она часто уезжает к родственникам, и тогда он приглашает меня к себе.

- Вот пусть он и будет твоим единственным мужчиной.

- Не получается…

- Почему?

- Не получается…

Я долго ее не видал, и недавно встретил, – совершенно увяла, еще бы – ей вот-вот семьдесят.

Признаться, не люблю встречать людей, которых давно не видел – в их старении чувствую противное действие времени.… Это действие касается не столько бывших любовниц, сколько самого меня, к сожалению….

Часть VI Танатос 

Начну эту главу с самого первого своего рассказа, с него и началась моя графомания. Вот, это написано в декабре 2001 года.

Случилось…

Утром пятого декабря 2001 года судебно-медицинский эксперт Нозиков приехал на место происшествия. В номере Петербургской гостиницы “Россия”, в ванной найдены тела женщины и мужчины. Вода в ванной была красноватой от крови, что вытекла из вскрытых вен. Прижавшись к своему возлюбленному, женщина охватила его руками и ногами, положила голову на его плечо, а на лице мужчины была такая страшная улыбка счастья, что видевшему в течение двадцати лет трупы почти ежедневно Нозикову стало не по себе. “Да, лицо, ‑ никогда такого не видал, – забормотал рядом некий милицейский работник – а так понятно все, есть записка, твои данные быстро...” и еще, обычное и раздражающее ... Выполняя процедуру осмотра, Нозиков чувствовал себя что-то непрофессионально. В первый раз за всю практику его беспокоило, что судебно-медицинские термины, которые он привычно вгонял в свой ноутбук, не описывали того, что случилось, а просто составляли пустой ритуальный текст.

Когда, разделив друг от друга, их положили на носилки, Нозикову стало понятно, что женщина удивительно красива, и что ее лицо имело неприличное мертвым выражение любовного счастья.

Невзрачная горничная гостиницы и полная дежурная по этажу уже отошедши от страха и смущения вполне внятно отвечали на милицейские вопросы.

Нозиков еще раз взглянул в предсмертную записку. Часть ее, которая адресовалась милиции, сообщала о свободно принятом решении и отсутствии виновных, другая часть, предназначенная, по-видимому, близким, говорила о том, что женщина и мужчина, решившие вот так красиво уйти из жизни, счастливы и советуют не жалеть о них тем, у кого такое сожаление может появиться.

Гостиничный администратор Паражуров раздраженно распорядился вынести тела через служебную лестницу в хозяйственный двор, где уже ждал транспорт из морга. Кто будет оплачивать все эти расходы? Потребуется, возможно, даже косметический ремонт номера. … Взгляд Паражурова попал на незамеченные прежде на темном ковре женские трусики, похожие на траурную вуалетку. “Это вам нужно? – спросил администратор одного из милиционеров – вещественное доказательство или как там…”, “Не заметили, ага  …”, и предмет последовал в большой пластиковый мешок, в нумерованном списке содержимого этого мешка появилась еще позиция, а Паражуров услышал вежливое “Спасибо”.

Тела вынесли. Милицейские и прочие люди один за другим оставили номер. Хорошо знавший смерть Нозиков думал о лицах мужчины и женщины. Ее и его. Здесь он уже сделал почти все, что надо, остальное закончат в морге Боткинской больницы.

...одно

В маленьком кафе-баре Нозикову налили сто, нет, кажется, сто пятьдесят граммов “Охты”. За соседним столиком сидела пара. “Это случилось, - произнесла женщина, - ты придумал это, хотел этого, да и я тоже…”, “Чуть больше дня назад, - ответил мужчина, - в такое же время, через несколько минут мы бы должны были расстаться”. “Ты и сейчас чувствуешь, что нет никого красивее меня?… Я уже не изменюсь никогда” - “Я больше не боюсь потерять тебя” - “Но что дальше?” - “Допьем коньяк и пойдем” - “И куда же? Мы по-прежнему бездомны” - “Сейчас увидишь, что это не так”. Они встали. Нозиков поднял на них глаза. Женщина красива чудной, дразнящей красотой. Она покачала головой и засмеялась, зажмурившись. Странный бородатый мужчина нежно взял ее под руку.

Нозикова совсем не поразило это сходство, которое должно бы заставить заорать от ужаса любого. Он думал, что знает, куда уходят эти женщина и мужчина, но ошибался.

...или другое

У.Лопаткина и И. Козлов танцуют "Три гносианы" на музыку Э. Сати.

В маленьком кафе-баре Нозикову налили сто, нет, кажется, сто пятьдесят граммов “Охты”. За соседним столиком сидела пара. “Это случилось, - произнесла женщина, - ты придумал это, ты хотел этого, а я? Зачем это мне? …”, “Чуть больше дня назад, - ответил мужчина, - в такое же время, через несколько минут мы бы должны были расстаться”. - “Ну и что?…” - “Я больше не боюсь потерять тебя” - “Ты уже потерял меня. Я вынуждена быть с тобой рядом, но не хочу, не буду думать о тебе. Но теперь, теперь ‑ что дальше?” - “Допьем коньяк и пойдем” - “Ты и сейчас хочешь этого коньяку? А куда мы пойдем? Мы ведь по-прежнему бездомны” - “Просто в ночь”. Они встали. Нозиков поднял на них глаза. Женщина очень красива, но такая грусть, просто даже отчаяние, ей не к лицу. Странный бородатый мужчина осторожно взял ее под руку.

Нозикова совсем не поразило сходство, которое должно бы заставить заорать от ужаса любого. Он ясно понял, что женщина и мужчина ушли, чтобы вечно бродить по Петербургским ночам. Так много веков тому назад начал свои странствия по Океану Летучий Голландец, приносящий несчастия всем, кто его встретит.

“Еще сто “Охты” - сказал Нозиков бармену.

Смерть влюбленных вдвоем может иметь разные мотивы: например, несовместимый с жизнью конфликт со средой окружения. Такое многократно изображалось и описывалось. Но есть и еще мотив, мало описанный и научно, и художественно. Смерть вдвоем – как высочайшая и не всем доступная вершина любовного наслаждения. Что-то в этом роде имеется в фильме Педро Альмадавара “Матадор”, да пожалуй, еще в музыке Liebestod из “Тристана и Изольды”.

«Эта тема связи любви и смерти, – пишет Бердяев, ‑ всегда мучила тех, которые всматривались в глубину жизни. На вершинах экстаза любви есть соприкосновение с экстазом смерти».

А японское синдзю? Ведь в стране Восходящего Солнца самоубийства вдвоем имеют особое значение. У Тикамацу синдзю есть почти в каждой пьесе. И до недавнего времени распространено это было настолько, что, кажется, в 2010 году был издан парламентский акт о запрете синдзю…

Кадр из фильма Педро Альмадавара "Матадор"

Природу явления можно представить себе так: любовное наслаждение есть (простите мне фрейдизм) биологически установленный предел устремлений личности. При достижении его на некоторое время исчезает жизненная мотивация. Смерть же ставит предел жизни вообще. Предельность и есть точка пересечения этих явлений – с этой магической точки смерть вдвоем и мерещится высшим наслаждением…

«Это парадокс человеческого существования: любовь есть стремление к полноте, ‑ декламирует Бердяев, ‑ и в ней есть смертное жало, любовь есть борьба за бессмертие, и эрос смертоносен».

 

(окончание следует)

Примечания

[1] М. А. Членов. Половая перепись московского студенчества и ее общественное значение. М., 1909.

[2] В девятом пункте манифеста футуристов, опубликованном в «Фигаро» в 1909 году, говорится, в числе прочего, и о презрении к женщине «Noi vogliamo glorificare la guerra — sola igiene del mondo —, il militarismo, il patriottismo, il gesto distruttore dei libertari, le belle idee per cui si muore e il disprezzo della donna». (Мы хотим восславить войну – единственную гигиену мира – милитаризм, патриотизм, жест освобождения, который рушит все, прекрасные идеи, ради которых стоит умереть, и презрение к женщине).

[3] Для тех, кто не силен в жаргоне – клеить здесь (переходный глагол - клеить кого-нибудь, напр.: «клеить телку»)– 1. Знакомиться с женщиной (женщинами) с целью сексуального контакта. 2. Убеждать женщину согласиться на сексуальный контакт


К началу страницы К оглавлению номера
Всего понравилось:0
Всего посещений: 385




Convert this page - http://7iskusstv.com/2014/Nomer7/Macevich1.php - to PDF file

Комментарии:

Андрей Масевич
Санкт-Петербург, Россия - at 2014-08-02 09:33:24 EDT
Интересные вещи Вы говорите. Может быть в этом и есть. Но мне кажется, что в "нарытых" Вами идеях больше поэтической философии или философской поэзии, чем... нет, о науке я говорить не решаюсь. Почему бы и нет? У Вас возникли такие образы, и хорошо сделали, что возникли. Я с удовольствием запомню их, может пригодится. Спасибо еще раз за беседу.
Берка
Лос Анжелес, Калифорния, США - at 2014-08-01 10:13:03 EDT
Ещё мальчишкой я ходил слушать выступление Асадова. Он был слеп. Аудиторию молодёжную он набирал огромную. В зал невозможно было пробиться. Стихи были качества такого, что я сейчас никогда бы не взял в руки. Он разыгрывал из себя романтика. Как из-за слепоты, так и из желания популярности. Что запомнилось, так это слащавость его лирики. Ему позволяли гастролировать по городам и весям ибо он был слеп, аполитичен. И наверное потрафил художественному вкусу какого-то пошляка из органов или партии.
А сексуальное лицемерие вещь настолько расхожая, что даже здесь, на этом сайте публика набросилась на меня с хулой за мои откровения. Лицемерие такого рода - дитя инфантильности. Наверное самого распространённого на Земле психического феномена.
Промискуитетные теденции я наблюдал две недели назад у своей кошечки. Которой поднадоел её рыжий, очень приличного вида котик. Выдержавшему из-за моей Мурочки дикий бой с конкурентом. Может причина в том, что его на её потребности не хватило. С чем она и отправилась к другому ухажёру.
А насчёт выделения универсальных констант, то я пошёл даже дальше "живой" природы. Обнаружив специфические гармонические свойства у размножающихся кристаллов. Что нельзя отрицать, наблюдая ажурную симметрию снежинок и прочих кристаллов. Вся идея состояла в нахождении неких характеристик общих для эстетики различных живых объектов. Ибо я, имея очень серьёзные основания, предположил, что за эросом(и, разумеется, за эстетикой) стоят куда более общие для природы причины. Вплоть до физических. Ибо эрос не показался мне феноменом сформировавшимся только на уровне животного мира. Чувствовалось, что он пришёл в живой мир из "неживого". И вот что я нарыл на этом поле. В чисто эстетическом плане - целый ряд кривых в экстерьере множества животных, да и насекомых, вполне кореллирует с подобными кривыми линиями в контурах фигуры человека. Я имею в виду кривые обрисы мышц манифестирующие силу и ловкость - и у человека, и у животных. Пропорции тела отражающие гармоничность физического развития индивидуума. И даже химические общности у человеческого эроса и растительного. Связанные с привлекательностью запахов. Короче говоря, я нашёл, что искал. Ведь в конечном итоге я искал природу(причины) гармонии - основы и эроса и эстетики. Она нашлась в феномене Целого. Ибо всякий эрос - ничто иное, как стремление к объединению особей. Объединение во что? В некое целое, обладающее большей выживаемостью чем разрозненные индивидуумы. Иначе говоря, гармония структуры целого является залогом его прочности. А следовательно - выживаемости. И эрос есть ничто иное как тенденция к агломерации частей в целое. Привнесённая из физического мира. Где процессы агломерации(к примеру электрона и протона) тоже имеют целью построение более прочного формирования, не подверженного разрушению и внешнему воздействию, как его части.
Т.е., если проще - красота - залог прочности. А прочность - дитя гармонии. Ну как у алмаза, к примеру.

Андрей Масевич
Санкт-Петербург, Россия - at 2014-08-01 08:19:01 EDT
Большое Вам спасибо за внимание и за добрые слова. Часто, когда ходят осудить человека за сексуальную распущенность, его сравнивают с животным. Был такой поэт - ханжа Эдуард Асадов. Вот его строчки из стиха, в котором он говорит своей собеседнице, только что оставленной мужчиной - вы, мол, сами виноваты "...разве можно с гордою душой/ Целоваться на четвертый вечер/ И в любви признаться на восьмой" и дальше: " Понимаю, трудно разобраться, если страсть - положим, что и так,/ Но ведь должен чем-то отличаться/ Человек от кошек и дворняг". Оставляю в стороне пошлость и ханжество этого человека, но его утверждение неверно по существу - чем более высокоорганизованна психика у животного, тем сложнее у него реализуется рекреативная сексуальность. Причем сложность отнюдь не в смысле так называемой высокой сакральности. Разве есть у животных проституция, порнография, промискуитет? Я, впрочем, поведением животных не занимался. Поэтому Ваша идея выделения каких-то констант мне не кажется реализуемой.
Берка
- at 2014-07-31 17:27:48 EDT
Как и прежде, прочел с удовольствием. Чрезвычайно привлекательны Ваши взгляды на любовь под тысячей углов зрения. Приятна и свобода изложения. Любовь в самых различных ее формах - чувство настолько мощное, что увлекает за собой в отношения миллионы нюансов чувственного, эстетического и интеллектуального характера. Из-за чего материал исследования становится настолько емким(об одной эротике есть что сказать в десятках томов), что, ей Богу, жалко Фрейда, попытавшегося сказать о любви нечто связное всего в нескольких книгах. Любовь, как свободная, так и нет, настолько разнообразна, как и сама жизнь. И потому Ваш подход к ней весьма органичен.
В свое время, то-ли почудилась мне такая возможность, то-ли она существует на самом деле, но взбрело мне в голову рассмотреть эротическую эстетику с универсальной точки зрения. Т.е. попытаться обнаружить некие общие, универсальные черты красоты и у человека, и у животных, и у растений. И тем самым приблизиться к пониманию универсальных, т.е. фундаментальных основ и эроса, и красоты. И, представте себе, что-то обнаружил. Общее даже у человека и кузнечика.

_Ðåêëàìà_




Яндекс цитирования


//