Номер 4(29) - апрель 2012
Давид Паташинский

Давид Паташинский «записки с юга»

 

 

 

 

как амундсен ложился на газеты

чтоб полюса достигнуть по весне

в лесу все звон наверное фасеток

 

поскольку дровосеки не в цене

в цене дрозды люблю в начале мая

когда братан не в шутку занемог

 

ему в пример судьба моя хромая

свинья не выдаст волк еще щенок

цыплят по осени мазай еще в полете

 

чтоб вы так ехали не помнящий родства

как горько пахнет прелая листва

я вот он весь меня вы узнаете

===

голосом что замечал живую

плоть яблока им же его отведал

лошадь надела подковы и облизала сбрую

азы буки и веды

 

окружают меня поводя сиреневыми глазами

над бровями сделанными из воска

и воздух надув себя парусами

оказывается плоским

===

ах как мне пелось по утрам

в ушко игольного верблюда

что твой кобзарь что мой малюта

а был ли срам тарам барам

 

оно пришло ко мне само

его очки я долго мерял

и осень сладостно шерепил

в ее замочное ярмо

 

в которое нельзя и дважды

и трижды плохо только раз

берем вино а в нем шираз

а он не пиво чтоб от жажды

===

и совсем-совсем неслышно

что там песня говорит

полночь и крадется мышь но

медленно у ней артрит

 

и воздушным дышат паром

одуванчика глаза

из страниц земного шара

появляется слеза

 

бьется сонная пичуга

не давая нам весны

чайник дышит плачет вьюга

и увидены все сны

записки с юга

 

Зимнее небо бывает теплей овчины.

Звезды поют колючими голосами.

Так и живем, прямо под парусами,

пряча души остаток в тепле брючины.

 

Где ты, мой снег? Где ты, метель живая?

Пыль ледяная стала алмазной крошкой.

Так и живем. Там и живем, где можно.

Только под вечер, кожу свою срывая,

 

ищем известный мускул. Пробитый клапан

тщимся заткнуть пальцем ли, авторучкой.

Так и живем. Может быть, даже лучше.

Снега здесь кот наплакал.

===

медленной и старинной

осень плывет листвой

звали ее Мариной

 

ты подожди постой

не ускользай сегодня

вечер грядет пустой

 

ночью безлунно людно

как в нее ни гори мы

будет опять безлунно

 

звали ее Мариной

===

пошто и вам с берданом на боку

поющим пиво пьющим краковянку

скачи мой конь ужасную скаку

 

а на рассвете вышли обезьянки

оставив избы пить сырой туман

топор забыв схватился за баян ты

 

а жить-то где любезная шарман?

как обессудить вышние загулы

забавы пороха протертый доломан

 

висит в углу унылый как акула

что мы ловили в прошлую сирень

такого воздуха что падаешь со стула

 

пошто и вам глазами набекрень

рассвет встречая в кресле у камина

закрыть бы их да батюшка мой лень

 

мне даже водки выкушать вломину

тогда иди сюда моя фемина

и шелк волос и взрыв твоих колен

===

когда ты музыку играла он смеялся

он целовал твои рассерженные пальцы

а ты ловила ловкие аккорды

что не успели взять карандаши

а он глазами толстыми как яйца

а лоб сверкал как вымазанный сальцем

а под столом свирепее бикфорда

на острие своей раскрашенной души

 

его угрюмый разум генацвале

его пенал его полночный плен

а ты плела симфонию колен

а после до рассвета танцевали

слова тугие кобчиком сипя

и продолжали миловать себя

 

рассвет однако заалел нелепо

ему бы тихо так не впопыхах

да что сказать - в неопытных руках

весну минуя наступает лето

 

она играла музыку ему

он подпевал - ну вылитый муму

 

и вбок смотрела дырка пистолета

===

гуляли люди птицы корабли

земли касаясь плакали травины

но не хватало малого любви

 

когда луны не стало половины

она ушла в глаза не посмотря

у неба развязалась пуповина

 

дождем лиловым головы пестря

и все летела луковым лекалом

луна недвижная и все глаза искал он

 

но было поздно у его костра

сидела ночь как мертвая сестра

...воздух или выпит...

 

Она ушла, эпоха. Впопыхах

мы пишем заводные некрологи,

а воздух остановлен, под углом

событий, растворенных в никуда.

 

А мы все ждем, и водка хороша,

но нам не выпить нашего рожденья,

и пустоты своей не пережить,

и суеты своей не обеспечить.

 

Мы будем спать. Мы будем пропадать

по одному, по семьям, по народам.

Налей еще. Как горько, как напрасно,

когда-то, помнишь, пело нам с листа:

 

мы с тобой на кухне посидим

сладко пахнет белый керосин

рыбное утро

 

Куда летит стеклянная плотва?

Цыплят по осени зарезала братва.

Я помню губы грустные твои,

а на рассвете рубаи

 

идет, как Марья, прямо по росе.

Я так старался снова быть, как все,

но не пустили острые края

твои, о Родина моя.

 

А волк все помнит вкусное седло

барашка памяти. И волны. И светло.

Ассоциация - кастрация души.

Не можешь петь - пляши,

 

и обойдет тебя печальная стезя.

А дважды в ту же можно, но нельзя

обратно выйти, если не возник,

а только намечается плавник.

===

живые татушки гуляли по траве

ты прошептала мокрое приве

луна открыла полное окно

пришло давно

 

а на запястье отмечает час

железный жук и он один из нас

его глаза как камушки блестят

усы свистят

 

а я все пью работаю и пью

я i love you ни капли не пролью

мой покер сдан но утонул в репье

дурак крупье

===

Я не столько сошел с ума, но, скорее, умер.

Не тюрьмы бегу, но прозрачных веселых камер,

где, по Вильсону, для бесконечно нутро машины,

электроны прядут следов суету мушиных.

 

Буки, веди, добро. Не забыть бы, откуда вышел.

А нутро машины полно прошлогодних вишен.

Мне бы разве присесть, отдохнуть, потому - уставши,

но судьба тогда становится вдвое старше.


К началу страницы К оглавлению номера
Всего понравилось:0
Всего посещений: 82




Convert this page - http://7iskusstv.com/2012/Nomer4/Patashinsky1.php - to PDF file

Комментарии:

_Ðåêëàìà_




Яндекс цитирования


//