Номер 5(6) - май 2010
Анастасия Ерохина

Аниматор

 

От редакции. В рубрике "Страны и народы" мы публикуем путевые заметки наших авторов. Впечатления от незнакомой страны в большой степени зависят от условий, в которых мы там оказываемся. Если это курорт, то существенную роль играет работа тех людей, которые организуют там отдых. На их нелегкий и незаметный труд мы редко обращаем внимание. Анастасия Ерохина показывает работу аниматоров, так сказать, изнутри, открывая те стороны их жизни, которые обычно скрыты от глаз путешественников.

Трудно сказать, почему люди внезапно решают уехать в другую страну, чтобы там жить и работать. Когда дело касается аниматорской деятельности – развлечения туристов на Египетских и прочих курортах, людей вводит в заблуждение напускная жизнерадостность аниматоров, а так же ложное представление о том, что это такая легкая ненавязчивая работа, больше напоминающая развлечение. Это правда только в том, что касается развлечения, но вот только веселить придется других, а не себя. Чтобы через неделю не вернуться домой, разочаровавшись в этой затейливой профессии (а такое случается со многими), нужно хорошо представлять себе ее реалии. Те, кто думает, что это такой дешевый вид пляжного отдыха, ошибаются сильнее всего. Ничего общего с отдыхом аниматорская деятельность не имеет, более того, это весьма тяжелая и малооплачиваемая работа. Обычно туристам, валяющимся возле бассейна, кажется, что ежедневная аквааэробика с Таней или Машей – приятная забава, но вот бедная Таня так не думает. Да, для нее это единственная возможность залезть в запретный бассейн, но она очень устает за час дрыганья ногами и руками, а может спала всего часа три, свозив накануне туристов в ночной клуб, ну и разумеется, еще у нее впереди ее пятнадцатичасовой рабочий день. Однако наша Маша не унывает, она громко и весело выкрикивает указания, а еще она улыбается. Всегда. А когда после работы она раздевается, соседки по комнате посмеиваются над ее, как это называют аниматоры, «рабским загаром»: на загорелом теле выделяются следы от кроссовок, шорт и майки. Однако, глазами расслабленного туриста, Маша, или как ее скорее всего зовут здесь, Мэри – просто наслаждается жизнью в теплой стране.

Мальчики-аниматоры любят ночные клубы и девочек. Они спортивные, подтянутые, борются с собственным алкоголизмом, а по утрам – с похмельем. Они хорошо говорят на одном языке (родном), плохо – на другом (который учили в школе), и ужасно – еще на двух-трех. У девочек-аниматоров длинные волосы; глаза блестящие и практически всегда пустые. На их лицах много косметики, а духи пахнут сладко-сладко. Они любят ночные клубы и мальчиков, а также разводить туристов на деньги, танцевать и покупать дешевую бижутерию. В остальном же все аниматоры разные. С высшим образованием и без, в возрасте от 18 до 30 (а бывает и старше). Есть аниматоры, совсем непохожие на описанных мной. Причины, по которым они оказались там, где оказались, тоже разные. Кто-то приехал подтянуть английский, кто-то – сбежал от нищеты своего родного города, кому-то было скучно дома, кто-то обзавелся египетским бой-френдом и планирует остаться навсегда. Кто-то, как я, решил провести зиму в теплой стране и освоить новую профессию. Многие уезжают, не проработав и недели. Работа оказывается слишком тяжелой для тех, кто верил в распространенные мифы и рассчитывал на легкие деньги и отдых. Бывает, аниматоров увольняют – за секс с туристами, просто за нахождение в номере у туристов (это строжайше запрещено), а то и за курение гашиша у себя в комнате.

Девушки часто сталкиваются с проблемой, когда «и хочется, и колется» – хочется пожить в Египте и работать аниматором: вроде и интересно, и климат замечательный, да вот арабы – страшный, дикий народ. Пристанут, изнасилуют, продадут в рабство в пустыне. Или еще чего, уволят с работы, выкинут ночью на улицу с чемоданом, и тогда уже со всех сторон напрыгнут арабы, пристанут, изнасилуют, далее по списку. Скажите это любому аниматору, и будете заслуженно подняты на смех. Шарм-Эль-Шейх, где я проработала полтора месяца, один из самых безопасных городов в мире. Самое плохое, чего можно ожидать от местных жителей – они будут орать вам вслед на всех языках мира, но достаточно просто не обращать внимания, чтобы самый приставучий араб угомонился. При возникновении конфликтов (что само по себе редкость), достаточно упомянуть туристическую полицию, и местные жители прыснут в стороны, как тараканы. Если же вас вдруг уволят с работы (ничего страшного, это случается), бояться не надо – увольнение обычно означает переезд в другой отель. Более того, вы и сами можете сменить отель, достаточно попросить своего шеф-аниматора. Но если вы серьезно и неоднократно проштрафились, могут и отправить домой. В любом случае, пока вы будете ждать дня вылета, никто вас не выгонит на улицу. Более того, чтобы получить неприятности, нужно на них целенаправленно нарываться. Да, если вы напьетесь в ночном клубе и отправитесь продолжать новое знакомство с местными жителями прямиком в пустыню, стоит рассчитывать на проблемы, но вы их сами нажили. Все правила, которые стоит соблюдать здравомыслящему человеку в чужой стране, действительны и здесь. Чтобы работать аниматором, надо уметь существовать автономно и справляться с возникающими трудностями. Крышу над головой и питание три раза в день обеспечат, а все остальное зависит только от вас. Одно могу сказать сразу: арабы действительно навязчивы, но понимают и русский, и английский, и прочие языки, и если с ними не заигрывать, проблем никаких не будет.

Касательно иностранных языков

Знание английского – обязательно. Это требование подразумевает, что по приезде в Египет вы уже будете знать хотя бы несколько слов по-английски, а также гореть желанием научиться говорить лучше. Для начинающих учить язык это действительно хорошая практика: говорить на нем придется много и часто. Помимо английского, можно также освоить французский или итальянский, это зависит от контингента туристов. В отеле, где я работала, в основном отдыхали русские и англичане, иногда встречались итальянцы и немцы. Однако не все так радужно: работа аниматора вовсе не напоминает курсы иностранного языка, и то, чему вы научитесь за время работы в Египте, шокирует любого грамотного преподавателя. Речь аниматоров – всего лишь набор слов, не связанных между собой грамматически. Словарного запаса хватает лишь на то, чтобы впарить билеты в клуб и рассказать о мероприятиях текущего дня. Произношение ужасает. Ну и разумеется, навыкам письма взяться неоткуда. Английскую речь аниматоры воспринимают также с трудом, особенно большие трудности вызывают ирландцы и жители Уэльса. Единственное, чему можно научиться за время работы – более-менее внятно изъясняться по-английски, а также немного понимать, о чем говорят другие люди. Желающие выучить язык могут достигнуть цели, но если знания свои вы почерпнете не у носителей, а у шеф-аниматора и коллег местного происхождения, с таким прононсом потом ни в одну серьезную контору не возьмут. Более того, те, кто и до приезда прекрасно говорил по-английски, могут испортить себе и произношение, и грамматику, нахватавшись дурного от коллег. У меня как-то получалось правильно говорить с англичанами, переходя на пиджин-инглиш в общении с шефом, коллегами и местными, но дурной пример заразителен, и не раз потом приходилось ловить себя на ошибках, которых я нахваталась за полтора месяца пребывания в Египте. Смысл прост: чтобы освоить язык, нужно жить в стране, в которой на этом языке говорят местные жители. В Египте можно выучить арабский, и почему людям взбрело в голову, что там можно научиться говорить по-английски? Разве что так же хорошо, как арабы, но их уровень весьма сомнителен.

Как устроиться на работу

Однако, давайте обо всем по порядку. Допустим, вы с чего-то надумали, что аниматор – это весело, и намерены присоединиться к отельной тусовке. Если решение стать аниматором принято на Родине, нечего там оставаться – покупайте дешевую горящую путевку и езжайте в тот город, где хотите работать. В отеле найдите шеф-аниматора и обсудите с ним вопрос вашего трудоустройства. Вакансии есть всегда; вас свяжут с руководством и быстро пристроят к делу. Если хочется работать в конкретном отеле – топайте туда, ищите аниматоров, спрашивайте, узнавайте. Если вы по какой-то причине боитесь, или не умеете чего-то из вышеперечисленного, или еще чего доброго, не владеете английским хотя бы на базовом уровне – оставайтесь дома. Пугаться вообще не надо: никто ничего плохого не сделает, потребность в аниматорах есть, так как работа тяжелая и малооплачиваемая, желающих прыгать по жаре весь световой день и большую часть вечера немного.

Можно, конечно, устроиться и у себя дома, сидя на диване с ноутбуком. Для этого надо связаться с рекрутинговым агентством, как это сделала я. Вы заплатите около 150 евро, подпишете контракт, и будете сидеть и ждать, пока вас не пригласят в отель, тогда уже остается лишь купить билет на самолет и лететь на работу. Но лично я пожалела, что потратила деньги: контракт не имеет никакого значения там, где вы будете работать, а о визе и страховке можно забыть сразу. Не верьте обещаниям агентств, они заинтересованы лишь в том, чтобы выжать из вас деньги и не дают никаких гарантий. Лично мне обещана была забота куратора: «Не бойтесь, мы вас там не оставим», но с тех пор, как я приехала в Египет, моей судьбой никто, кроме родных и близких, не интересовался. Если у вас есть лишние 150 евро, можете устроиться через посредника, но лично я к ним больше ни ногой. Если вдруг захочется повторного трудоустройства, поеду сама – меньше нервотрепки, не то что когда контракт обещают прислать со дня на день, а в итоге тянут месяц. Поймите, вы все равно сами по себе, но если вдруг вас уволят, не бойтесь остаться на улице: неудачливого аниматора перевозят в другой отель, работающий с той же анимационной компанией, либо оставят пожить, пока не улетит, если захочет вернуться обратно. Рекрутинговое агентство занимается лишь тем, что представляет вашу кандидатуру анимационному агентству в Египте, а после ее утверждения умывает руки, оставляя вас разбираться со всеми проблемами самостоятельно.

Как оформить документы

Что касается документов, то здесь все просто. У вас должен быть загранпаспорт – и все. Аниматорам оказывают медицинскую помощь бесплатно в отеле, но если заболевание серьезное, а страховки нет, лечение однозначно влетит в копеечку. С другой стороны, в аниматоры идут только люди с железным здоровьем, больным не выдержать 15-ти, а то и 20-часовые рабочие дни. О визе не беспокойтесь: практически все работают с просроченной туристической, которую вы купите в аэропорту. Ее срока хватит на месяц, а дальше либо продлевайте за свой счет, тратя время, которое лучше потратить на сон и отдых (один выходной в неделю), либо работайте, как все – нелегально. Рабочая виза стоит три аниматорских месячных зарплаты. Получение ее крайне затруднительно, а отсутствие ничем не грозит: в крайнем случае, вас посадят в тюрьму, потом депортируют. Шутка. На самом деле все проблемы с полицией решает ваше начальство. Самые осторожные вовремя продлевают туристическую визу, безалаберные по полгода живут и работают нелегально. Когда будете улетать, заплатите штраф за просроченную визу, долларов тридцать, или, как я, проскочите паспортный контроль незамеченными, бывает и такое. Если возникают проблемы с полицией (что бывает довольно редко), достаточно позвонить своему начальнику, и вас скорее всего прикроют. Когда я приехала в отель, в котором проработала полтора месяца, как раз шла проверка документов. В итоге у аниматоров, виза которых была в порядке, посмотрели паспорта, а остальные просто закосили под туристов, надев кофты с рукавами поверх форменных маек. Но когда нет проверки, паспорт остается у вас: никому и никогда его не отдавайте.

Возьмите с собой деньги, они могут пригодиться. Первые десять дней работы не оплачиваются вообще, зарплата будет лишь через месяц, а жить на что-то надо. У меня получалось жить на комиссию от продажи билетов на дискотеку, но это не повод приезжать, не имея ни гроша в кармане. Далеко не во всех отелях аниматоры что-то продают, к тому же вы можете передумать жить и работать в Египте, а значит, понадобятся средства на обратный билет. Кормить вас будут три раза в день, напитки в баре выдадут по требованию, комнату убирают два раза в неделю, а в прачечную сходите сами, если надо – все это бесплатно. Но если вы курите, любите пожрать на ночь или выпить пивка после работы, гулять придется на свои.

Как собрать чемодан

Майки (иногда шорты и кепки) вам выдадут. Это все. Поэтому собраться нужно основательно. Часто запрещено ходить в открытой обуви, поэтому кроссовки и кеды необходимы как воздух. Если что, можно сходить и купить на месте; цены от десяти долларов. Днем обычно ходят в шортах, вечером – в джинсах. Сарафаны и платья оставьте до выходного, либо ходите в них на работу, натягивая поверх майку, как колхозницы. Вечером (в зависимости от сезона) бывает прохладно, но надпись “Animation” на груди должна быть видна, так что кофты с рукавами только на молнии или пуговицах. Возьмите с собой достаточно одежды, чтобы иметь возможность спокойно сдавать вещи в прачечную, не боясь, что ваши единственные джинсы там испортят. А вот солнечные очки можете и вовсе оставить дома: на работе их носить запрещено – общение с гостями предполагает зрительный контакт. Позаботьтесь о теплой одежде, в Египте порой бывает холодно и ветрено. Тащите с собой все, что считаете нужным, но не забывайте, что в эконом-классе лимит багажа составляет 20 килограммов. Берите все, что носите постоянно, никаких там «а вдруг надену» – зачем тащить за тысячи километров то, что останется лежать в чемодане? Девушкам пригодится выходной набор: косметика, босоножки на каблуках. Особенно если придется работать в новогоднюю ночь или на Рождество. Хорошо иметь ноутбук для связи с окружающим миром, обязательно телефон (местную сим-карту приобретете на месте), и очень желательны наручные часы: жить придется по расписанию, и опоздания даже на пять минут крайне нежелательны. Также позаботьтесь о своей личной аптечке; в ней главные места займут желудочные и противопростудные средства. Будьте аккуратны с едой и не спите с включенным кондиционером. В любом случае, возьмите с собой все необходимое, чтобы автономно просуществовать по крайней мере месяц-полтора до зарплаты. За время работы вы сносите часть вещей, и в чемодане освободится место для сувениров (которые вы купите за полцены как человек, работающий в Египте, а не отдыхающий). Не жалейте места для носков: стирать их лучше в выходной, когда есть время, а менять придется часто, так как ходить в кроссовках по жаре надо будет много и долго. Многим аниматорам со временем становится неохота стирать носки, и они отказываются от их использования, расплачиваясь за свою лень ногами, пораженными грибком и сопутствующими заболеваниями. Итак, вы собрали чемодан и готовы ехать на заработки, но сперва послушайте мою историю.

Первые дни

Oriental Resort. Вот, где я буду работать. Вопреки моим страхам, все оказалось решено довольно быстро. Вкатив свой чемодан в лобби, я улыбнулась охраннику и сказала, что мне нужен шеф-аниматор. Он появился через пять минут – молодой тунисец по имени Момо, и познакомил меня с руководством. Я, кажется, произвела приятное впечатление, рассказав о своем опыте работы и умениях, и меня тут же назначили детским аниматором, и это значит, что большую часть дня я буду проводить в детском клубе. Другие аниматоры в это время будут развлекать туристов на пляже и у бассейна. Теперь у меня есть форменная майка, и я могу назвать себя волшебным словом «стафф», или по-простому – персонал.

Да-да, это очень важно. Принадлежность к касте служащих сразу проводит черту между аниматорами и массой туристов. Торговец в магазине ломит цену, не краснея? Гордо скажите: «Стафф!», и она снизится процентов на тридцать. В ночном клубе (туда, кстати, вы попадете совершенно бесплатно) скажите это слово в лицо трущимся возле вас местным хлопцам, и они тут же начнут искать другую мишень. Кстати, волшебное слово «стафф» можно использовать к своей немалой выгоде, даже если вы просто приехали в Египет отдохнуть, и к персоналу отеля никакого отношения не имеете. Выдавать себя за аниматора нетрудно и однозначно полезно – для этого достаточно просто быть молодым и уверенным в себе. Итак:

1. Снимите свой браслет. Для этого изначально не надо надевать его впритык, а если не снимается – размочите горячей водой. Если дела совсем плохи, наденьте кофту с рукавом.

2. Узнайте, как зовут шеф-аниматора в вашем отеле.

3. Ведите себя уверенно.

Это все. Допустим, вам надо куда-то поехать. Такси однозначно влетит в копеечку, так что тормозите синий микроавтобус (туристы редко ими пользуются, страшась местных аборигенов), назовите водителю пункт назначения (есть шанс, что данный конкретный автобус туда не едет), и если все в порядке, забирайтесь внутрь. Никогда не спрашивайте, сколько будет стоить поездка, это говорит о том, что вы не в курсе местных цен. Просто попытайтесь всучить водителю два египетских фунта, а если этого ему, жадине, будет мало, добавьте еще один. Это примерно полдоллара, и за эти деньги можно проехать весь Шарм-Эль-Шейх.

Теперь настало время шопинга. В магазине не надо сразу орать, что вы – аниматор. Сначала ведите себя, как обычный турист. Улыбайтесь, шутите и несите всякую чушь, торговцы это любят. Неулыбчивые покупатели остаются с носом. Когда присмотрите что-то, полюбопытствуйте о цене. Названную сумму мысленно разделите на два, и больше ни пиастра отдавать не думайте. Но сперва надо поторговаться. Цену выше той, за которую вы вещь планируете купить, не называйте, лучше сперва сказать еще меньше. Когда поторгуетесь, и торговец откажется снижать цену, настало время хода конем: гордо заявляйте: «Стафф!». Вас могут спросить, в каком отеле вы работаете, и на кого, вот тут пригодится имя вашего шеф-аниматора. Если вас дурят и ни в какую не хотят делать скидку, просто говорите, что знаете реальную ситуацию и то, какая должна быть цена, и направляйтесь в другой магазин. В любом случае, волшебное слово «стафф» позволит вам сэкономить немало денег.

Адаптация

Даже если вы созданы для того, чтобы быть аниматором, периода адаптации вам не избежать. Первое время неизбежно будет казаться, что вы совершили ужасную ошибку, приехав сюда, и что эта работа ну совершенно вам не подходит. Главное в эти тяжелые времена не совершить еще одну ошибку, купив обратный билет на ближайший рейс. Подождите хотя бы две недели, прежде чем сматывать удочки. Привыкнете к нагрузкам, получите необходимые навыки, подружитесь с коллегами, а там, глядишь, и понравится. Адаптации не удается избежать никому, и этот нелегкое время нужно просто переждать. Самые глупые девочки, устроив истерику, хватают так и не разобранный чемодан и летят домой. Те, кто поумнее, терпеливо ждут, и только когда проходит две-три недели, принимают решение: оставаться и работать дальше, или все-таки возвращаться, пока не просрочена виза. Полное представление о том, чем придется заниматься, вы получите за неделю – увидите все вечерние шоу, научитесь танцевать необходимый минимум, перепробуете все блюда в ресторане. Через две недели начнете жить с постоянным ощущением дежавю, а через месяц и шоу, и еда, и коллеги вам до смерти надоедят. А потом привыкнете, и вот тут-то время помчится вскачь, и полгода стандартного контракта пролетят незаметно. В конце (если, конечно, продержитесь шесть месяцев) вам выдадут последнюю зарплату, и еще дадут денег на обратный билет. Однако рано говорить о конце работы, когда вы еще толком не начали работать. А если и начали, то не стоит забывать о том, что вас могут уволить или лишить зарплаты за нарушение правил отеля.

Правила

Руководство отеля очень не любит платить аниматорам их честно заработанные деньги, и вездесущие менеджеры так и норовят поймать вас за нарушением каких-нибудь правил, чтобы вычесть из зарплаты как можно больше, хотя она и так мала. Обычная зарплата аниматора – 300 долларов в месяц, выплачивается в местной валюте. А правила такие:

Во время контакта с гостями запрещается обсуждать темы политики, религии и секса. Это логично, но если гости сами затрагивают эти темы, обсуждать их или нет – на ваше усмотрение. Однако если гости начинают предлагать секс (а такое периодически случается), можете смело разворачиваться и уходить.

Аниматорам запрещается нецензурно выражаться. Услышат менеджеры или пожалуются гости – вычтут из зарплаты. Все ругаются матом, просто надо делать это тихо и только среди своих.

Аниматорам запрещается носить солнечные очки вовремя работы. Потому что общение с гостями – немаловажная ее часть, и во время этого люди хотят видеть ваши глаза, а не свое отражение в стеклах темных очков.

Аниматорам запрещается носить открытую обувь на территории отеля. Такое правило существует не во всех отелях, но есть шанс, что придется, как и мне, ходить в кроссовках по жаре. Стирка носков станет вашим основным занятием в выходной.

Аниматорам запрещается обсуждать с отдыхающими личные проблемы и политику работы отеля. Услышат менеджеры – останетесь без зарплаты. Поэтому, когда будете жаловаться, как плохо руководство обращается с аниматорами, делайте это тихо, а лучше вообще не делайте – уши есть везде, вскоре ваше нытье дойдет до менеджмента, а то и до руководителя вашей анимационной конторы: так увольнение из призрачной угрозы становится суровой реальностью.

Аниматорам запрещается употреблять алкоголь и наркотики. Употребление наркотиков оставьте до выходного, если есть такая потребность. Алкоголь можно принимать и во время работы, но с осторожностью. В баре, само собой, вам не нальют, поэтому выпивку придется отжимать у гостей. Безопаснее всего выпивать в туалете: туда точно никто из руководства отеля не зайдет. Но не напивайтесь допьяна, это уже ни в какие ворота не лезет. Хотя наш шеф-аниматор частенько вел вечернее шоу в стельку пьяным, и никто не поднял скандал. Но то шеф, ему можно.

Аниматорам запрещается использовать мобильный телефон во время работы. Если нужно позвонить или отправить СМС – бегом в туалет. Только и всего.

Аниматорам запрещается уделять много времени одному из гостей. Если уж вам кто-то понравился настолько, что хочется посвятить все время ему и только ему, будьте готовы рискнуть зарплатой, и не забудьте следующее правило, очень важное.

Аниматорам ни при каких условиях нельзя переступать порог гостевых комнат. Предложения пообщаться и выпить «в номерах» отметайте сразу, за нарушение этого правила увольняют моментально, сами не заметите, как вас выкинут.

Аниматорам запрещается портить имущество отеля. Не расплатитесь потом.

Еще нельзя во время работы (шоу или гостевой контакт) общаться с другими аниматорами. За это ругает шеф-аниматор. Конечно, не так страшно, как урезанная зарплата, но тоже неприятно.

Условия проживания

Если бы не тотальное разгильдяйство нашего шеф-аниматора Момо, условия можно было бы назвать хорошими. Но в день приезда он не смог сразу найти мне кровать, и потому мне пришлось спать в одной комнате с мужиками: самим Момо и коллегой Сергеем из славного города Киева. Такие накладки случаются, к тому же мне было клятвенно обещано, что уже на следующий день все проблемы будут решены. Однако я целую неделю жила в той же комнате, воняющей носками, в душе не было горячей воды, и у меня не было ничего, кроме койки и собственного чемодана. Для меня также не нашлось одеяла, поэтому спала я одетая и закутанная всем, чем только можно. Одеяло, правда, со временем удалось добыть. Днем в комнате было полно мух, а ночью – комаров. Они очень злые, так что если из под простыни торчит хоть кончик носа, уснуть не получится. Я привыкла спать, накрывшись с головой простыней и завернувшись в нее, как в кокон. Через неделю уехала аниматор Софи, и меня переселили на второй этаж к двум девушкам: Оле и Ларе (к счастью, у них было средство от комаров, и эти злобные насекомые больше меня не тревожили). Обычно аниматоры живут по два человека в комнате, но у нас в основном жили втроем – места-то не было. Условия проживания очень сильно зависят от отеля. Где-то аниматоры живут в номерах наравне с гостями, где-то – в стафф-хаусах, до которых приходится ехать на автобусе минут десять. Наш скромный двухэтажный домик находился в двух минутах ходьбы от отеля, что являлось большим плюсом. В любом случае, в комнате должны быть туалет и душ, горячая вода. Уборка и смена белья два раза в неделю. Кроме этого, аниматорам положена кормежка в главном ресторане три раза в день.

О еде

Сторонники раздельного питания были бы в ужасе, увидев содержимое моей тарелки за обедом или ужином. За сорок пять минут надо успеть наложить полную тарелку, налить чай, кофе, сок, попросить колу и пепельницу, принести фрукты и десерт, а самое главное – все это поглотить и покурить. Недостаточное насыщение неминуемо приведет к голодной смерти, поэтому никаких там салатиков. На тарелке громоздятся рядом кучки разноцветного риса, картошка, спагетти, мясо, птица и рыба. Спагетти с томатным соусом, баранья корейка, люля-кебаб. Или рис с мясной подливкой, запеченный картофель, филе сибаса, индейка, куриная котлетка и бефстроганов. Надо есть, по возможности стараясь, чтобы все не перемешалось и не стало однородной массой. И, кстати, это вкусно. Иногда я еще брала суп. Кормят хорошо, только говядина ужасно жесткая, зато рыба и морепродукты хороши. При виде десертов разбегаются глаза, и становится обидно, что я не ем сладкое. Из фруктов наиболее вкусны дыня, бананы, мандарины, гранаты и физалис, безвкусная гуава и незрелые финики обычно игнорируются всеми. Есть нужно много, равно как и спать, да вот второе не получается, особенно в праздники.

Новый Год

Для аниматора Новый Год – довольно тяжелый рабочий день. До шести часов все работали как обычно, а потом мне пришлось напялить вечернее платье, босоножки на каблуках, и накраситься. Само собой, в платье с непривычки я чувствовала себя как обезьяна в парике. В шесть тридцать должен был состояться ужин для детей в отдельном ресторане, но вместо славного застолья дети получили ненакрытые столы и отсутствие напитков. Через какое-то время появилась еда: пареные овощи с куриными наггетсами и картошкой фри. Это было ужасно. Еще пришлось ругаться с немцами, которые жаловались, что из аниматоров никто не говорит по-немецки. И действительно, по-немецки я могу высказываться лишь цитатами из Раммштайн либо Кольца Нибелунгов, ну и еще знаю несколько площадных ругательств. Дети просили кетчуп, который к тому времени кончился, и жаловались, что картошка фри холодная. Приходили новые дети и садились за неубранные столы. Вот веселуха-то. В сложившейся ситуации я была ни капельки не виновата и старалась сделать все, что могла, но что можно было сделать? К счастью, вскоре позорный ужин кончился. Мы походили и поприставали к гостям, чтобы толкнуть как можно больше билетов в клуб Pacha, потом начался ужин; мы помогали гостям найти свои места. Через полчаса дали поужинать и аниматорам. Однако вот незадача: свободных мест не было. Я об этом сначала не знала и набрала еды непригодной к тому, чтобы накалывать на зубочистку и запихивать целиком в рот. Вилок и ножей тоже не было, само собой. Первые пять минут я расхаживала по залу с тарелкой, полной крабов и других морских гадов, все как на подбор в твердом панцире. Потом я аккуратно их сбросила куда-то, набрала разных нарезок, канапе, суши и всякой другой удобной снеди, ходила с величественным видом, елозила зубочисткой по тарелке и улыбалась набитым ртом гостям. Началось шоу, приходилось ходить (на каблуках) и хлопать, и это дурацкое шоу длилось так долго, что пару раз я просто убегала в туалет, садилась враскоряку на унитаз, снимала босоножки, закуривала и пыталась дать хоть какой-то отдых ноющим ногам. Ну и разумеется, до полуночи пришлось ходить и хлопать, ходить и хлопать, так что к двенадцати часам я не чувствовала ни рук, ни ног. Новый Год застал меня где-то посредине танцпола. Конечно же, бокала с шампанским в руках не оказалось – на работе пить нельзя. Народ вокруг весело орал и пьянствовал. Я попыталась продать еще билетов, и наконец удалось толкнуть целых два. И вот, переодевшись в джинсы и топик, я еду в мини-автобусе, окруженная туристами. Они задают кучу вопросов про клуб Pacha и Шарм-Эль-Шейх, ответа на которых я не знаю. Я говорю, что работаю четвертый день, и это расценивается как хорошая шутка. Я говорю, что если они не перестанут задавать вопросы, водитель отвезет всех в пустыню и продаст в рабство. Эту шутку понимают не все. Наконец приехали в Наама Бэй, дождались остальных аниматоров и туристов, ну и двинули в Пашу. На мне был топик с открытой спиной, так как по наивности и глупости я думала, что в клубе будет жарко. О том, что не оделась теплее, пришлось пожалеть уже в автобусе. До клуба пришлось топать минут пятнадцать пешком. Далее началось самое интересное: наших гостей пропустили по билетам, а аниматоров не пустили вообще ввиду отсутствия у них удостоверений или какого-то другого подтверждения того, что они аниматоры, а не какие-то уличные проходимцы. Долго ли, коротко ли, но несмотря на кучу звонков разным важным людям, в клуб мы так и не попали. Пустили туда двух аниматоров, у которых нашлись бэйджи, а я с одного из них сняла пиджак. Это меня и спасло: в одном топике я бы точно околела от холода. Но вся эта возня заняла много времени, так что новогоднюю ночь я провела на ступеньках возле клуба, не только в чужой стране, но и в чужом пиджаке. И знаете, я даже ни капельки не расстроилась: в этом была своя ирония. На такси мы вернулись обратно, бросив гостей на двух попавших в клуб аниматоров.

Рутина

Мой распорядок дня меня убивает. Это и неудивительно, когда рабочий день начинается в 9 утра, а заканчивается в 12 ночи, а то и в 4 утра, это как повезет. Все выглядит примерно так:

8.30 – будильник ревет дурным голосом, душ обжигает горячей водой, зубная паста кончилась, туалетная бумага – тоже. Себе на заметку: купить пасту и свистнуть бумагу в детском клубе. Дневная форменная майка немного грязновата, но ничего не поделаешь, она у меня всего одна, а значит, стирка подождет до выходного.

9.00 – завтрак. Спасибо, два блинчика, яйца разболтать, лук не класть. Всем здравствуйте. Всем приятного аппетита. Кофейных чашек опять нет, ну да зато супных мисок хоть отбавляй. Да и кофе в них помещается не в пример больше.

9.30 – собрание. Шефы спят, мы сидим, разместившись впятером в четырех креслах, и курим, ожидая начала рабочего дня. Кофе, минералка, всем доброе утро. За пять минут до конца брифинга появляется сонный помощник шеф-аниматора и сообщает, в какой ночной клуб мы продаем сегодня билеты, и сколько все это будет стоить. Хоть на этом спасибо.

10.00 – открываю дверь детского клуба и щелкаю рубильником. Свет, кондиционер, телевизор – детский канал. Детей нет. А если есть дети, то нет бумаги, фломастеров, красок, игрушки сломаны, да и вообще, нечего тут детям делать. Тут и взрослые помирают с тоски.

12.30 – второе собрание. Усталые аниматоры лежат на диванчиках и курят, кидая окурки в бутылки с недопитой водой.

В 13.00 все стоят на входе в ресторан и приветствуют гостей. «Добрый день. Good afternoon». И так – полчаса. Проводив взглядом стройную русскую девушку, мой коллега – египтянин по имени Шериф, говорит с сильным арабским акцентом: «Хороша Маша, да не наша», демонстрируя окружающим щербатую улыбку.

13.30 – обед. Серега нашел в куске торта камень, размером с голубиное яйцо. Нервно ощупав языком зубы и вспомнив, во сколько обошлись коронки, я порадовалась, что практически не ем сладкое.

С 14.00 до 15.00 – перерыв. Чем его занять, думать не надо – втроем с девочками мы зашториваем окна и спим. Каждый день.

С 15.00 до 17.00 я снова в детском клубе. Детей нет, мне скучно, я подпеваю телевизору: «Baby chef, baby chef, cooking is a lot of fun», а потом начинаю читать очередную книгу. За время работы в Египте их было прочитано немало, уж поверьте.

В 17.04 я врываюсь в комнату и снова ложусь спать – так проходит второй перерыв. Мы встаем около шести, по очереди принимаем душ. Я – последняя, потому что не крашусь. Натягиваю джинсы, севшие после стирки в прачечной, кеды, вечернюю аниматорскую майку (отличается от дневной цветом). На ужин прихожу ровно в 19.00, чтобы успеть как следует поесть: рабочий день закончится нескоро, а кормить больше не будут. Еда в нашем отеле первоклассная, но через месяц и она надоедает.

В 19.45 ужинать идет вторая смена, а я стою на энтрансе. Всем гостям надо сообщать, какое вечером будет шоу. Вчера на шоу «Мистер Ориентал» пьяный англичанин спустил штаны вместе с трусами, а сегодня будет «Мисс Ориентал». Всем приятного ужина.

В 20.30 начинается детская дискотека – мое вечернее активити. Сначала приходится драть глотку, чтобы собрать детей, а потом плясать с ними, пытаясь одновременно показывать движения и организовать круг. Некоторые дети послушно стоят, где им сказано, и танцуют. Некоторые бегают, толкаются и орут. Родители в любом случае рады: после получаса такой движухи сил у их чад порядком поубавится. Возможно, они без проблем уснут.

В 21.00 я выхожу из зала, окруженная детьми. Те разбегаются, а я, поправив на груди броневую майку с надписью «Animation», подсаживаюсь к гостям. Это страшно только в первый раз. Обычно я выбираю небольшие компании англичан в возрасте: с ними интересно поговорить. Мои коллеги предпочитают большие компании русских: им можно что-то продать.

Ровно в 22.00 мы выстраиваемся в ряд и орем: «Show time!» четыре раза. Это значит, что надо собирать народ на шоу. Сперва перед нами стоит задача всех загнать в зал, а потом мы просто ходим и хлопаем. На танцевальном шоу все аниматоры, кроме меня и Сереги, танцуют. Нас тоже пытались научить, но, побившись несколько часов, бросили эту дурацкую затею. Не всем дано плясать, друзья мои.

Когда заканчивается шоу, остается самое сложное: набрать народ в ночной клуб. В январе в отеле было мало молодежи, а пожилых англичан спрашивать на эту тему бесполезно. Поэтому в клуб мы ездили далеко не каждый день, к моей великой радости. Потому что если мы никуда не ехали, в полночь рабочий день заканчивался, и можно было идти спать. Если же вдруг находилось достаточное количество гостей, приходилось везти их в клуб, и тогда рабочий день становился на четыре часа длиннее.

Рабочие часы и дни, полные однообразия, неумолимо сливаются в один бесконечный день. С нетерпением жду, когда закончится очередной день перед выходным, чтобы, наконец, выспаться и постирать носки. Начальство отменило обеденный перерыв, потому что мы плохо продаем билеты на какую-то вечеринку, и, наспех перекусив, мы обходим весь отель, чтобы хоть что-то заработать, но практически безрезультатно. Остатки дня смазаны: вот за ужином я с усилием пилю баранью корейку тупым ножом. Вечером шоу «Мисс Ориентал», хотя мы весь день говорили гостям, что будет «Мистер». Разъяренный бой-френд уводит одну из конкурсанток прямо в разгаре шоу. После на танцполе женщина сняла туфли и танцует босиком, ее большие крестьянские ступни подсвечивает ультрафиолет. Полночь. Я в автобусе, везу тринадцать русских в ночной клуб. Половина из них пьяны и в голос орут: «По танку вдарила болва-анка», а я подпеваю. В клубе сижу за барной стойкой: в одной руке бутылка бесплатного пива, другой ем чипсы, которые светятся в ультрафиолете. Потом перебираюсь в туалет, забираюсь на столик у зеркала и читаю «Молчание ягнят» в оригинале с телефона. В три часа мы выходим из клуба. Потерялся только один человек, самый пьяный, и мы уже в курсе, что он взял такси и уехал в отель. Едем и мы. В автобусе играет «Hotel of California», никто не поет. Кровать приближается с пугающей скоростью, и я проваливаюсь в сон. Так проходит каждая неделя.

Детский клуб

Устав от нищеты детского отделения Комплексного Центра Социального Обслуживания, в котором я работала до поездки в Египет, я была практически уверена, что уж в пятизвездочном-то отеле детская комната будет просторна, светла и полна игрушек и материалов для творчества. Оказалось, что большую часть светового дня мне придется проводить в помещении, где девяносто процентов игрушек сломаны, и нет даже фломастеров. Радует лишь то, что дети не столь щепетильны, как взрослые, и умудряются весело играть в боулинг без шаров, ездить на машинке без руля, и насыпать песок в треснутые ведерки гнутыми лопатками. Одна девочка попыталась прокатиться на самокате, который, ко всеобщему удивлению, был на ходу, и сказала: «Вот единственная штука, которая здесь работает». Мой ответ был: «Нет. Единственная штука, которая здесь работает – это я». Однажды утром ко мне пришел милый улыбчивый мужчина по имени Стив – проверить, насколько клуб отвечает правилам по технике безопасности. Он обошел со мной все помещение и прилегающую к нему детскую площадку, выслушал все жалобы, согласился, что настольный футбол травмоопасен (вернее, опасны торчащие из него металлические штыри), и что провалившуюся в стену розетку необходимо починить, пока туда не сунулись детские пальцы: «This socket is quite dangerous, Steve, fortunately my fingers are too thick to fit through, but i'm afraid some of the kids won’t be so lucky». Он нашел огнетушитель, но не аптечку, сделал какие-то заметки и обещал, что все будет исправлено. После этого и я, и Стив, которого часто вижу в лобби отеля по утрам, жаловались и говорили всем вокруг о бедственном положении детского клуба, но воз и ныне там. Хотя розетку через две недели все-таки исправили.

Работу утреннюю несколько осложняют ночные клубные вахты. Когда глаза слипаются, а руки трясутся от недосыпа, трудно наносить грим на детские лица, поэтому однажды я позволила довольно смышленой на вид одиннадцатилетней девочке раскрасить лицо своей маленькой сестренки. Та запросила бабочку. В итоге ее физиономия, включая веки, была полностью покрыта толстым слоем белой краски, а губы и область вокруг приобрели кроваво-алый цвет. На лбу красовались толстые черные усы, размахом и шириной превосходящие брежневские брови, и такие же черные круги были нарисованы на щеках. Я тихо радовалась, что в клубе нет зеркала, потому что на меня смотрел маленький клоун-вампир, уверенный в своей неотразимости и красоте. Однако ребенок умудрился разглядеть свое отражение в металлическом отблеске сушилки для рук, и помещение затопил пронзительный крик и плач: «Это не ба-а-абочка!». Несчастное дитя было успокоено, отмыто и ободрено, но боюсь, что личико с боевым раскрасом будет долго преследовать меня во сне. По детскому каналу начали показывать передачу, которую я окрестила «эксплуатацией детского труда», так как в ней дети то выжимают сок из апельсинов, то давят оливки, получая масло, то есть выполняют взрослую работу. Отмытый ребенок завопил: «Мутация детского труда началась!», и уселся перед телевизором.

Интимная жизнь аниматоров

Аниматор Сергей работает в отеле уже два с половиной месяца и живет в одной комнате с шеф-аниматором Момо. Он здесь, потому что хочет подтянуть английский, но на мой взгляд, не сильно в этом преуспел. Но речь не об этом. «А как у вас тут с личной жизнью?» – спрашиваю я Сергея. Он рассказывает, что не является сторонником длительных отношений, и что предпочитает ни к чему не обязывающий секс с туристками. Для этого достаточно иметь 200 фунтов, чтобы заплатить за ночь в дешевом отеле, а лучше найти подружку для Момо, чтобы вчетвером затусить в их комнате, таким образом сэкономив деньги (само собой, их лучше пропить).

Вечером после работы Момо говорит мне: «Иди в комнату и переоденься, мы едем в клуб». Вдвоем. Ехать куда-то с пахнущим потом тунисцем мне совершенно не хочется, но я подчиняюсь, так как не могу найти причину отказать – начальство надо слушаться. В джинсах и толстовке, с банкой пива в руке я сижу на заднем сиденье такси и слушаю, как Момо поет дифирамбы моим рабочим качествам, размахивая руками и как бы случайно задевая мое колено. Интуиция подсказывает, что надо держать ухо востро, уровень адреналина подскакивает и держится весь вечер, а значит, алкоголь на меня практически не действует. Я спокойно поглощаю пиво и пытаюсь отползать в сторону тем дальше, чем сильнее пытается ко мне прижаться Момо. В клубе он приносит мне еще пиво, потом джин-тоник, снова пиво. Это не оказывает практически никакого влияния на мой закаленный в боях с зеленым змием организм, однако нарастает раздражение, вызванное его приставаниями. В танце Момо похотливо вертит бедрами, пытаясь лапнуть меня за какую-нибудь часть тела, но я легко уворачиваюсь, так как абсолютно трезва, а злополучный шеф-аниматор нажрался в хлам. Пива пополам с джин-тоником недостаточно, чтобы я потеряла контроль даже в обычном спокойном состоянии, а этим вечером все сигнальные системы кричат об опасности; я не расслабляюсь ни на минуту и могу выпить хоть бутылку водки без особого эффекта. Терпеливо жду, когда начнет лезть по-настоящему, чтобы начать активное сопротивление. Возникать сейчас не имеет смысла, так как на данный момент еще можно нелепо отмазаться: «Я просто танцую, ничего личного». Наконец Момо не выдерживает и пытается меня облобызать в районе уха, на что получает решительный отказ. Мы разговариваем. «Ты отличный чел, Момо, в плане бухнуть и потусить я всегда за, но не более того – мое сердце отдано другому мужчине». Тунисец врет, что у него девушка в Швейцарии, и что он сам ни с кем не занимается сексом, позволяя себе лишь невинные поцелуи. «Но ведь нужен кто-то, чтобы заботиться о тебе, пока ты здесь». «Спасибо, я прекрасно существую в одиночестве». Момо продолжает вешать мне лапшу на уши, но я помню разговор с Серегой и доподлинно знаю, что меня просто хотят завалить в постель, притом весьма неуклюже. Все попытки Момо хоть как-то меня развести не имеют успеха. Мы едем обратно, он в стельку пьян и несет какую-то чушь. В душе я готова сменить отель, и мне абсолютно на все наплевать. Но больше Момо не пытался ко мне приставать.

Днем позже в разговоре с моими соседками по комнате, Ларой и Олей выяснилось, что наш славный шеф-аниматор страдает комплексом неполноценности, а потому пытается самоутвердиться за счет побед на любовном фронте. «Девочки, но ведь от него страшно воняет, как с ЭТИМ можно вообще иметь какие-то интимные отношения?». Оля и Лара хором меня поддерживают. На следующий день мы едем в клуб. Момо в открытую пристает к Оле. Они долго стоят у барной стойки и шепчутся. Я сижу за столиком, потом выхожу на танцпол, и почему-то всегда они оказываются в пределах видимости, тискают друг друга, никого не стесняясь. По возвращении в отель оказывается, что на Олиной кровати будет ночевать Серега. Все происходящее мне кажется каким-то сюрреалистическим бредом, но я просто напоминаю себе впредь не распускать язык в присутствии Оли, и больше не говорю с ней о Момо, исключая рабочие моменты. Через пару дней ситуация повторяется, и Серега снова спит на соседней кровати. Но мне на это глубоко наплевать. Что важнее, потный шеф-аниматор меня практически полностью игнорирует. Это прекрасно, так как я не выношу приставаний, но с того дня намного труднее стало выбивать из него комиссионные, да и замечаний по поводу качества моей работы изрядно прибавилось. Впрочем, меня это не сильно заботит: один телефонный звонок, и я начинаю работать в другом отеле. Пока в этом нет нужды, но возможность избавить себя от проблем не может не радовать.

Хотя стресс осложняет и без того тяжелые рабочие будни: случаются неприятные ситуации. Момо отказывается вернуть мне 50 фунтов, чтобы дать сдачу англичанам, которым я продала билеты в клуб, объясняя это тем, что якобы их было не двое, а четверо, и значит, никакой сдачи не полагается. Однако комиссию выдает за двоих. Я еще в момент покупки билетов отдала сдачу из своего кармана, а значит, попадаю на 50 фунтов (10 долларов). Ругаться или жаловаться не имеет смысла, поэтому днем позже, продав три билета в лотерею (общая сумма 75 фунтов), я оставляю деньги себе – 50 по праву, и 25 за моральный ущерб. Не с той связался, Момо. К тому же я зарубила себе на носу: никому не давать сдачу из своих денег.

Начальство

Скоро Момо должен уехать в отпуск. Вместо него, по идее, главным должен был стать Макси, строгий, но справедливый египтянин. Относительно справедливый: он где-то «раздобыл» диски с музыкой для детской дискотеки. По идее, я должна брать их в отеле, продавать по 15 долларов, 5 оставлять себе, а 10 отдавать менеджменту. Но мы с Макси шабашим вдвоем, если это можно так назвать, так как продажей занимаюсь я, а он просто выдает диски, забирая себе две трети выручки. Я бы предпочла 50 на 50, но не хочется спорить. Однако идет время, Момо еще не уехал, а Макси так и не стал главным, так как на место Момо приехал Билли – шеф-аниматор из другого отеля. В итоге они целый день тусуются втроем и практически не работают: на утренних брифингах мы с Олей, Ларой и Серегой дремлем в креслах, не получая необходимых указаний, а потому часто не знаем, в какой клуб нужно продавать билеты, сколько это будет стоить, какое шоу вечером, и так далее. Начальство в это время спокойно дрыхнет. На дневные брифинги дружная троица таки является, устраивает нам веселую жизнь за плохие продажи, и порой вместо перерыва на обед мы ходим по территории отеля, безуспешно пытаясь впарить жадным туристам очередную развлекаловку. Тем же самым мы занимаемся по вечерам, а в это время Макси, Момо и Билли пьют кофе и весело болтают на арабском.

Отношение к гостям

В час пополудни все аниматоры (кроме Макси, Момо и Билли) стоят на энтрансе: так называется приветствие гостей и информирование их о предстоящих мероприятиях. Происходит все у входа в главный ресторан. Голодные гости часто спешат мимо, игнорируя улыбки и приветствия на всех языках мира. Сперва я не понимала, как различать людей из разных стран, а потом стало очевидно, что на бодрое: «Good afternoon! Enjoy your meal», англичане оборачиваются, приветливо улыбаются и отвечают на приветствие, а русские часто спешат мимо с постными лицами, и на: «Приятного аппетита! Добрый день!», реагируют настороженными взглядами. Не все, разумеется, и не всегда, но очень часто. Сперва меня это раздражает, потом привыкаю. «Ненавижу гостей» – говорит мне Оля: «Они ни хрена не делают, только валяются у бассейна, не участвуют в активити и не ездят в клубы». Я робко замечаю: «Но ведь люди приехали отдыхать и расслабляться, почему мы должны навязывать им какие-то развлечения?», но Оля непреклонна: «Потому что наша работа – продавать билеты, а для того, чтобы делать это эффективнее, надо сперва втереться в доверие, зазывая гостей на волейбол и йогу». Я начинаю понимать, в чем истинный смысл аниматорской деятельности. Мои размышления прерывает очередная реплика: «Больше всего ненавижу англичан. Они вообще никуда не ездят и ни в чем не принимают участие». Мне же, напротив, жители туманного Альбиона весьма симпатичны, и я решаю за них вступиться, рассказываю о своих знакомствах и милых вечерних беседах. Олю все мои доводы не волнуют: во-первых, она не понимает, о чем можно разговаривать с англичанами, а во-вторых, как выяснилось, смысл контакта с гостями заключается в том, чтобы расположить к себе и что-то продать. Становится ясно, почему шеф-аниматор бросает на меня неприязненные взгляды, когда я мило беседую с какой-нибудь пожилой супружеской четой из Англии. Я пускаю в ход последний довод: «Но ведь наша работа – делать людям хорошо, и раз они мило со мной побеседовали и поблагодарили за приятно проведенное время, значит, я выполняю свою задачу и улучшаю их отдых». «Хуйня» – отрезает Оля: «Срать на их отдых». На это мне сказать нечего, и я отворачиваюсь, чтобы поприветствовать очередную пару русских, которые спешат мимо, уставившись себе под ноги.

Однажды мы должны были набрать 15 человек, чтобы поехать на вечеринку в Black House. Дело продвигалось с трудом. Приходилось прибегать к отчаянным мерам: вот я вижу, как Оля ведет ко мне в стельку пьяного русского парня; она занята тем, что помогает Момо в процессе шоу, поэтому деньги собираю я. Парня зовут Саша: он из Воронежа, он шатается и распускает руки, и, кажется, не понимает, куда ему предстоит поехать, но деньги сдает. Выбрав удачный момент, я ловлю Олю и выражаю свое возмущение тем фактом, что она притащила этого налузгавшегося красавца, и говорю, что с ним возможны проблемы. «Что, если он уснет в туалете или потеряется где-нибудь?» – негодую я, но на все вопросы есть взвешенный ответ: «Это не наши проблемы. Мы должны привезти их в клуб и обеспечить вход. Если в назначенное время кто-то не выходит обратно, ждем 10 минут и уезжаем». Как и было мной предсказано, Воронеж потерялся через полчаса после того, как мы попали в Black House. Оля выяснила, что он взял такси и поехал обратно в отель. Остальные аниматоры нисколько не были взволнованы судьбой Воронежа; прошло два дня, а его никто так и не видел. Я спросила у Оли, куда он пропал, а она с восторгом ответила: «Да какая разница, классно же я его развела, а?». Потом Воронеж объявился, исправно ходил на ужин, но ни с кем из аниматоров не здоровался.

Когда гости не хотят ехать в клуб, аргументируя отказ тем, что их друг/подруга уже спит, а в одиночестве тусоваться не хочется, аниматоры восклицают: «Ну почему в одиночестве? Мы будем с вами!». Это ложь. Вернее, не всегда правда. Иногда аниматоры, загнав толпу туристов в клуб, уходят гулять и пьянствовать, и возвращаются лишь для того, чтобы забрать гостей обратно в отель. В целом, ездить таким образом в клуб можно, ведь вас в любом случае довезут, доведут и проведут внутрь, но не ждите, что с вами будут носиться как с писаной торбой – люди-то все взрослые, сами по себе, а аниматоры вам не няньки. Хотя порой приходилось брать на себя и эту роль, особенно когда требовалось вытащить из клуба Pacha молоденьких девочек, которые не желали покидать прекрасных принцев в лице местных туземцев, выдающих себя за итальянцев. И такое бывало.

Новичок

Одним прекрасным утром мы обнаружили пополнение команды в лице египтянина по имени Шериф. Начальство к тому времени уже перестало работать вовсе, а девочкам новичок не понравился, так что учить его, что нужно делать, было некому. Никто, например, не сказал ему, что нельзя находиться в отеле после полуночи, и задержавшемуся бедняге влетело от ночного менеджера. Футболки с надписью «Анимация», обязательной для ношения в течение дня и вечера, ему сперва не досталось вовсе, а потом Серега по указанию шефов отжалел ему одну свою. Представляю, каково ему носить одну и ту же футболку целый день, по такой-то жаре. Но это мелочи жизни. Причина, по которой Шерифа невзлюбили мои соседки, наградив его прозвищем «Хмырь», мне сперва была не ясна – я сама не фанатка египтян, но у нашего нового коллеги определенно есть обаяние, чувство юмора и хорошие манеры. Поэтому я стою с ним на вечернем энтрансе, а значит и ужинаю. Шериф угощает меня какими-то подозрительными местными яствами со своей тарелки, приносит сок и учит, что подозрительную серую жижу хорошо есть с хлебом и сыром (и ведь приучил), и что круглые шарики из теста принято поливать медом и сахарным сиропом, а не посыпать кокосовой стружкой. Позже оказывается, что у Шерифа такое же положительно-уважительное отношение к работе и гостям, как и у меня, но я научилась держать язык за зубами, а он постоянно об этом трещит и возмущается пофигизмом и цинизмом остальных аниматоров, и постепенно его начинает игнорировать практически вся команда. Я бедолаге сочувствую, но благотворительность – не мое жизненное кредо, а потому брать его полностью под свою опеку я не собираюсь. Интересно, сколько он здесь продержится, и что доконает его раньше – равнодушие и пренебрежение коллег или запах носков и трусов в комнате, где ему приходится жить, и откуда я, к счастью, выселилась.

Жалобы туристов

Кого в Египте хуже всех обслуживают? Конечно, русских. Правда, не всегда и не всех. Я попытаюсь пролить свет на эту неоднозначную ситуацию. Каждый день мне приходится выслушивать жалобы туристов на то, как плохо к ним относится персонал: англичан и итальянцев в ресторане обслуживают первыми, а русских практически игнорируют. Пару дней назад, после вечернего шоу на площадке через дорогу, одна женщина попросила меня проводить ее в отель. Учитывая то, что мы находились в двух минутах ходьбы от него, я была немного удивлена, почему она не в состоянии пройтись в одиночестве. По ее словам, Шарм-Эль-Шейх – город настолько страшный, что находиться одной на улице опасно: арабы пристают так, что никакого спасу от них нет. С другой стороны, стоит переместиться с улицы в отель, как ситуация меняется на противоположную: местные официанты равнодушны к призывам страждущих русских туристов, и выпивку приносят разве что минут через двадцать, если приносят вообще (а то ведь забывают). Успокоив напуганную даму, я уверила ее в том, что Шарм – один из самых безопасных городов в мире, и чтобы избавиться от навязчивости арабских продавцов на улице, достаточно не обращать на них внимания и идти своей дорогой. С персоналом отеля сложнее. «А вы пробовали улыбаться, здороваться, вежливо разговаривать?» – задала я наводящий вопрос. «Нет, вы что, нам знакомые посоветовали вообще на них не смотреть». Этим и было все сказано.

Я здесь не отдыхаю, а живу и работаю, и каждый день вижу огромное количество людей. Поэтому могу сказать честно: русские туристы действительно в большинстве своем плохо воспитаны. Они никогда не здороваются с персоналом, не говорят ни спасибо, ни пожалуйста, лезут без очереди, разговаривают таким тоном, будто им все должны, а после этого еще чему-то удивляются. Как-то раз за ужином образовалась очередь за уткой. Прямо передо мной влезла девочка-подросток, и повар брякнул ей на тарелку маленькое обугленное крылышко, а мне положил хороший кусок, пока мы обменивались стандартными «здравствуйте-спасибо». Девочку я знала, и она с возмущением спросила: «Видела, что он мне дал?». «Ну а ты еще влезь без очереди, и посмотрим, что тебе достанется в следующий раз».

Русские привыкли думать, что если они заплатили за «все включено», официанты должны прыгать перед ними на задних лапках. Ничего подобного. Египет – чуждая нам и дикая страна, и если вы арабу не нравитесь, ничего вы от него не получите. Да, это его работа, он должен обслуживать всех, но если не хочет – не будет. Смиритесь. Я сама нравлюсь не всем, и это нормальная ситуация, поэтому стараюсь обращаться к тем барменами и официантам, с которыми лучше знакома. Если вы на это не готовы, или не способны быть образчиком хороших манер, либо не приезжайте сюда отдыхать, либо ждите плохого обслуживания.

Когда мне жалуются на сервис русские, это одно, но недавно пожилая англичанка с негодованием сказала: «Это так возмутительно! Русских официанты просто игнорируют, а нас обслуживают в первую очередь. Мне так неудобно». Меня это обескуражило, честно говоря. В общем, перед отпуском потренируйтесь улыбаться не только тогда, когда вам рассказали анекдот. Англичане может быть и лицемерны, но весьма хорошо воспитаны, и от них жалоб на плохое обслуживание я не слышала. А еще они оставляют чаевые, и это, скорее всего, главная причина, по которой их обожает персонал отеля.

Galabea Party

По средам мы обычно работаем без перерыва: с утра начальство устраивает всем разнос за то, что продажи идут плохо, и сразу после обеда мы наворачиваем круги по отелю, пытаясь втюхать билеты на Галабея-вечеринку по 15 долларов каждый. Галабея – это такое традиционное египетское платье, которое носят как мужчины и женщины, так иногда и аниматоры. Что же представляет собой одноименная вечеринка? В душном зале (кондиционер сломался после грозы, и его так и не починили) накрываются столы. Гости наслаждаются коктейлями из алкоголя местного производства и ненатуральных соков, в то время как приглашенные артисты услаждают их взоры восточными танцами. За нубийским шоу следует африканское, за танцами живота – выступление факира, который ходит по битому стеклу и безуспешно пытается себя покалечить острыми предметами. Людям, заплатившим по 15 долларов с носа, невдомек, что через час мы поведем оставшихся гостей на площадку через дорогу, где они смогут увидеть практически такие же танцы бесплатно. Ну разве что факира не будет. Чтобы недовольные гости не начали задавать ненужные вопросы, все происходит в тайне. За десять минут до начала бесплатного шоу мы тихо подходим ко всем, кто пожалел денег на билеты, и выводим их из отеля. Без лишнего шума и криков, чтобы те, кто заплатил непонятно за что, ничего не знали и не скандалили.

Лотерея

По субботам у нас лотерея и караоке. Ну, с караоке все понятно, а вот лотерея достойна отдельного описания. Все просто, как две копейки: игрок покупает билет с номером, и если его номер вытаскивает ведущий, счастливчик получает приз. Призов всего пять: бутылка местного алкоголя, поездка на банане, то же на катамаране, еще есть путешествие на остров Тиран с масками и трубками, ну и ужин на двоих в итальянском ресторане. Учитывая то, что билет стоит пять долларов, а продаем мы их не так уж и много, играть в лотерею довольно выгодно: призы-то стоящие. И вероятность выиграть немалая. Ну и нам в радость продавать эти билетики, потому что с каждого комиссия в два доллара. Остальное забирает шеф-аниматор. А отелю – фига. Потому что на самом деле билеты бесплатные. Поэтому продавать их надо тайно, чтобы менеджмент отеля не пронюхал, чем мы все занимаемся. Тс-с.

Интересные знакомства

По долгу службы я часто знакомлюсь с интересными людьми, но еще чаще – с посредственными. Контакт весьма поверхностен, ибо строго лимитирован по времени: с одним гостем не рекомендуется говорить больше 10 минут, чтобы не навлечь на себя гнев вездесущих менеджеров, так и шныряющих по отелю в попытках уличить аниматоров хоть в каких-нибудь нарушениях дурацких правил. Впрочем, иногда из рутинного гостевого контакта получается что-то захватывающее. Однажды я, взмыленная после детской дискотеки, приметила сидящую у барной стойки знакомую мне супружескую чету из Индии, а с ними немолодого мужчину арабской внешности. «Вот» – подумала я: «Пойду, поболтаю с ними, все лучше, чем пьяные или престарелые англичане». Оказалось, что араб был не просто гостем отеля, а вполне себе известным фотографом и специалистом по подводной съемке, совершившим более одиннадцати тысяч погружений, призером мировых кинофестивалей, весьма и весьма уважаемым, и, разумеется, до неприличия обеспеченным человеком по имени Tamer El’Anna. О его финансовой состоятельности говорил не внешний вид, на деле весьма скромный, а скорее то, что рядом на стойке стояла бутылка виски с золотой этикеткой (не местного производства), и официанты бара так и крутились вокруг, пытаясь услужить. Тамер вежливо предложил мне выпить, я попросила колу, он сделал жест рукой, и вредный крикливый бармен, который всегда обслуживал меня в последнюю очередь, наливая требуемое до половины в пластиковый стаканчик, достал откуда-то жестяную баночку с ледяной кока-колой и высокий стеклянный стакан. Видели бы вы, как перекосилось его лицо, когда он понял, кому предназначался заказ.

И мы вчетвером начали увлекательный разговор, хотя рассказывал в основном Тамер, и столько всего интересного, что я прокляла свою плохую память, сохранившую от силы треть всей информации. Снимает он подводные фильмы, причем не цветастых рыбок около рифа, которых может запечатлеть любой однорукий идиот, купивший камеру, а что-то интересное, например, роды дельфинов, или бешенство акул при охоте. Он также преподает азы подводной съемки, но не простым смертным, а большим шишкам вроде принца Катара, так что телефон не просите – записаться на урок не так-то легко.

В итоге мы легко и непринужденно общались до вечернего шоу, и в процессе я узнала много вещей, относительно которых раньше заблуждалась. Например, почему нельзя кормить рыбок в Красном море, особенно акул. С акулами вообще отдельный разговор. Дело в том, что это очень стеснительные существа, и чтобы научить их принимать пищу из рук человека, нужно года три, не меньше, и когда они начинают это делать, жди беды. Потому что глупые рыбы со временем смелеют, но, тем не менее, с трудом отличают пищу от кормящей руки. И во всех странах, где есть такое развлечение туристов, как кормление акул, со временем учащаются несчастные случаи. А обычных рыбок кораллового рифа кормить не стоит по другой причине. Дело в том, что человеческая пища вносит дисбаланс в экосистему хрупкого подводного мира. Одна рыбка чистит другую, а маленькие рыбки поедают растительность с кораллов. Если заменить привычную пищу одних рыб на яйца и хлеб из ресторана вашего отеля, другие могут захиреть и погибнуть, а кораллы – остаться без маленьких помощников и задохнуться под облепившими их водорослями. По той же самой причине нельзя трогать кораллы: они покрыты защитной слизью, которую можно легко стереть пальцами, и оставить их беззащитными. Все в море продумано, и это природное равновесие поддерживается на протяжении тысячелетий. Присутствие человека нежелательно, но если уж вы надели ласты и маску, ведите себя как вежливый гость: не ломайте мебель, не пачкайте стены и не избивайте хозяев.

Мы проговорили почти целый час, а потом началось вечернее шоу. Мне пришлось попрощаться. «Вы так интересно рассказывали, что я совсем забыла о времени» – сказала я и рассмеялась: «Думаю, меня уволят». «Ничего, у меня всегда есть работа для людей, хорошо говорящих по-английски» – ответил Тамер, и отправился в зал вместе с индийцами, а за ними гуськом потянулись официанты с закусками. Это вообще был первый раз, когда я видела, чтобы кому-то приносили закуски вне времени ужина. Оказывается, арабы бывают очень изобретательны и постигают основы европейского обслуживания в считанные секунды, стоит в воздухе запахнуть большими деньгами. В тот вечер в зале, где мы проводим шоу, впервые за две недели включили кондиционер.

Конец истории

Последние три недели мне нездоровилось. Как только проходил насморк, начинался кашель, и наоборот. Работать с девяти утра до полуночи в таком состоянии было весьма сложно, однако температуры до недавнего времени не было. Таблетки, которые выдавал щедрый отельный врач, помогали примерно как припарки – мертвому. Термометр показывал 37,8, но ведь надо было кому-то танцевать на детской дискотеке. Горло болело так, что подпевать я не могла, и лишь загадочно улыбалась детям.

Заполненный пожилыми англичанами, наш отель напоминал дом престарелых. Приглашенный певец исполнял песни Элвиса, а аниматорам приходилось танцевать со стариками и старушками. Кажется, температура поднялась еще выше, но мне уже тогда стало абсолютно на все плевать: важно было лишь время, с течением которого приближался конец рабочего дня. В ушах шумело, горло болело все сильней и сильней, глаза покраснели то ли от высокой температуры, то ли по какой-то другой, неведомой мне причине. Общаться с гостями в таком состоянии было страшно. Наконец я упала в кресло в туалете и закрыла глаза. Но расслабиться не удалось: через минуту зашла Лара и спросила: «Как ты? Макси попросил меня посмотреть, что с тобой. Он думает, что ты употребляешь наркотики».

На следующее утро, обнаружив, что встать с кровати я не могу (термометр показывал 39), я позвонила сестре и попросила заказать мне билет домой на ближайшее число. Вот так не вышло из меня аниматора, и сухой египетский климат одержал верх в борьбе с моей дыхательной системой.

Через три дня я уже сидела в самолете с заложенным носом и ушами. Кстати, при прохождении паспортного контроля, я пристроилась к очереди, которая двигалась быстрее всего, и штраф за просроченную визу платить не пришлось: никто ничего не заметил. Так и закончилась моя рабочая деятельность в качестве аниматора в Египте.

Это история одного человека и одного отеля. Вполне может быть, что в других отелях все по-другому. Мне говорили, что везде одинаково, но все же хочется верить, что где-то анимация действительно развлечение, а не выжимание денег из туристов. Я знаю, что многие ребята, работающие в этой сфере, любят свою работу и не променяют ее ни на какую другую. Это активный образ жизни, тусовки, ночные клубы, общение с людьми из разных стран. Жалею ли я, что поехала? Ни в коем случае. Работа аниматора – это огонь, вода и медные трубы, и ни с чем не сравнимый жизненный опыт. За полтора месяца я научилась: стирать носки, танцевать танец маленьких утят, ругаться матом по-арабски, разговаривать с незнакомыми людьми, как будто так задумано, быстро поглощать еду в больших количествах, засыпать, как только голова касается подушки, а также заниматься любой ерундой с непринужденным видом. Сплошная польза. А если серьезно, то это действительно интенсивный опыт самостоятельной жизни за границей. Не для плакс и неженок, однозначно. Пробовать или нет – решать вам, а мое дело – рассказывать, по возможности честно, что я и сделала.

 Вы ищете Агентство недвижимости в Москве? Тогда Вам на сайт naprostore.ru!


К началу страницы К оглавлению номера
Всего понравилось:0
Всего посещений: 415




Convert this page - http://7iskusstv.com/2010/Nomer5/Erohina1.php - to PDF file

Комментарии:

Ольга
Москва, Россия - at 2012-11-26 11:11:13 EDT
Обалдеть можно от такой работы. Я бы никогда не подумала,что это так сложно. Когда ты в качестве отдыхающего,кажется все совсем по-другому.
Инна
- at 2010-05-29 17:51:29 EDT
Прочитала на одном дыхании. Я и не знала о существовании такой профессии. Прожито с интересом, и рассказано с интересом. Удачи автору!
Елена Минкина
- at 2010-05-28 11:50:00 EDT
Совершенно неожиданная статья! Интересно посмотреть с другой стороны на знакомые ситуации. Вспомнились читаемые когда-то "производственные" романы Артура Хейли. Но документальное повествование в данной статье гораздо честнее.
Удачи автору!

Эв
Москва, Россия - at 2010-05-23 17:21:45 EDT
Отличная статья!

_Ðåêëàìà_




Яндекс цитирования


//