Семь искусств
mobile version >>>
Номер 6(75) - июнь 2016  года
Мир науки

Евгений Беркович
Почему Сахарова не исключили из Академии, или Как оценить правдоподобность легенды?
Историки древности без тени сомнений вставляли в свои хроники любые небылицы, от козней дьявола до кровавых дождей, лишь бы нашелся очевидец, засвидетельствовавший эти происшествия. Никакому критическому анализу эти свидетельства не подвергались. То, что современные учебники истории очищены от подобной антинаучной ахинеи, огромная заслуга метода рациональной критики, примененного к свидетельским показаниям.

Из сборника «Мехматяне вспоминают: 5»

Василий Демидович
Интервью с Р.А. Минлосом
В физике - масса замечательных идей и теорий. Но они как-то все «математически не огранены». И много интересного узнаёшь, когда начинаешь заниматься ими с точки зрения математики.

Григорий Идлис
К русскоязычному переизданию фундаментальной работы «Естественнонаучные сочинения Гёте» Рудольфа Штейнера*
Мышление существенно дополняет наши непосредственные наблюдения, ощущения, мысли и зачастую даже опережает их. Формулировки естественных проблем, как правило, опережают их решение. В частности, творчески мыслящие математики обычно формулируют свои теоремы до их доказательства.

Яков Грановский
Мой друг Гриша*
Время было горячее, на устах у всех была атомная бомба, физики были в почёте, а какие конкурсы были на физических факультетах… Вот тогда-то и родилась проблема «физики–лирики». Для Гриши никакой такой проблемы не было – он писал стихи, и это знали все безо всяких публикаций.

Лев Гиндилис
Григорий Моисеевич Идлис – человек, ученый, мыслитель. Воспоминания о старшем товарище*
Идлис обращает внимание на два обстоятельства: 1) всплески особой творческой активности наиболее выдающихся ученых, как правило, совпадают с циклически повторяющимися всплесками солнечной активности; 2) даты рождения и кончины таких ученых приходятся, в зависимости от их психологического склада (типа мышления), на различные фазы солнечной активности.

Культура

Эфраим Баух
"Скажи мне, чертёжник пустыни…" К 125-летию со дня рождения Осипа Мандельштама (1891-2016)*
Демон Истории – не нечто иррациональное, насланное неизвестно откуда, извечно заложенное в судьбе одной шестой мира. У демона этого конкретный, знакомый, рожденный нашим страхом смерти, пыток, расстрелов – облик – усатого карлика с тараканьими усищами, возведенного нашим извращенным обожанием в небожителя.

Марк Авербух
О Бродском. Заметка обывателя
Ну как же можно простить? Лихие хиппари послесталинской эпохи – они вместе кутили, вместе фарцевали, вместе собирались в кафешках, вместе охмуряли чувих плодами своих поэтических вдохновений – а теперь: одному – Нобеля, другому же – ну как бы сказать помягче – АНТИБУКЕРА.

Музыка

Азарий Мессерер
Исаак Натан - первый композитор Австралии
Результат содружества Байрона с Натаном превзошел все ожидания: в апреле 1815 года сборник песен «Еврейские мелодии» стал бестселлером в Англии. Продавался он за баснословную цену в одну гинею, что примерно соответствует 120 долларам в наше время. И несмотря на внушительную цену было раскуплено 10 тысяч экземпляров сборника.

Люди

Шуламит Шалит
Дорогие мои «Картвели эбраэлеби». Памяти Нисана Бабаликашвили (1938-1986)
Он пришел к своему научному руководителю и как «наивный простак» сказал: «Что-то нехорошо получается: классические языки во всех университетах мира – это латынь, древнегреческий, древнееврейский. У нас преподаются и латынь, и древнегреческий, а древнееврейский – нет, и это несправедливо!»... Пробили иврит!

Андрей Крылов
Булат Окуджава в Швеции*
Песни Окуджавы могли бы выходить огромными тиражами — но издавать их «нельзя». Они либо совсем антигеройские либо слишком грустные по тональности, «унылые», во вред молодежи. Но Окуджава всё равно доходит до своей публики: его песни можно найти по всей России на бесконечных магнитофонных плёнках, — сколько их, он не знает и сам.

Мемуары

Александр Левинтов
Ушедший город
Потом теток сменили автоматы, которые стали недоливать и просто газировку и газировку с сиропом, потом лихие алканавты расхватали все стаканы ради выпивки на троих, после чего город окончательно умер.

Борис Родоман
Капитанские дочки (из путешествий по «Русскому Северу»)
То были голубоглазые рыжеватые веснущатые розовощёкие блондинки среднего роста, в красных платьях, довольно крупные, но пока не толстые, с уже оформившимися женскими фигурами, но с ещё детским буйным поведением. Они как бешеные носились по кораблю, а мы, как могли, бегали за ними.

Печатаем с продолжением

Пётр Волковицкий
Как ветерок по полю ржи...
Подавляющее большинство поляков, оказавшихся на территории СССР в 1939 году, были депортированы в Среднюю Азию. Часть из них ушла в Иран с армией Андерса в 1942 году, но большинство получили возможность вернуться в Польшу только в 1945 году. Эта волна репатриации поляков продолжалась до 1948 года и составила около 1,5 миллиона человек.

Печатаем с продолжением

Дмитрий Бобышев
Я здесь (человекотекст). Трилогия. Книга вторая. Автопортрет в лицах
Эта картина, тройной портрет с элементами пейзажей, натюрмортов и иллюзий, давала сложно–странное впечатление: озадачивающее и чарующее одновременно. И всё–таки тот образ, который был написан непосредственно с меня, я стал считать своим портретом, несмотря на фантастические одежды. Или – лучше так: портретом лирического героя моих стихов.

Поэзия

Бахыт Кенжеев
Двенадцать элегий
Дом: этажерка, кролик, фикус. Не низок, хоть и не высок.
В ладошке яблока огрызок, а в небесах наискосок
летают пламенные стрелы, и мать младенцу говорит:
не плачь! Не звёздочка сгорела, а так, простой метеорит.


Александр Бабушкин
Ленинбургский романс. Стихи
сентябрь
достать чернил и вылить
и запретить стихи строчить
дать закодированным
выпить
глухонемым
заголосить


Леонид Тучинский
Точка невозврата*
Дом: этажерка, кролик, фикус. Не низок, хоть и не высок.
В ладошке яблока огрызок, а в небесах наискосок
летают пламенные стрелы, и мать младенцу говорит:
не плачь! Не звёздочка сгорела, а так, простой метеорит.


Маквала Гонашвили
Стихи разных лет*
Добро - не прощают. Ну кто же простит тебе то,
что ты можешь щедро делиться деньгами, мечтами,
не ведаешь злобы, душа твоя пахнет цветами
и запах фиалки в тебе вызывает восторг?


Лена Берсон
В единицах памяти
Что же так нагло, бешено не везло?
Прячет мой ангел голову под крыло.
Потом, теребя оперенье, давай бубнить:
Мол, что-то распалось, какая-то, видно, нить,
И эти обрывки никак не соединить.


Алина Талыбова
Посвящение уезжающим осенью*
Что ж, Таганка, с глазами табачными
И с  московскою льдинкой в кровѝ –
Ничего мы толком не начали
И закончили –   до любви.


Проза

Филипп-Исаак Берман
Косынка в белый горошек. Рассказ
Ночью Настя не спала, она думала об Антонове, о том, что плохо все-таки постелила, как бы не дуло. Она вспомнила, что ей было хорошо с ним, когда они сидели на лавке, и ели картошку с солью и луком, и черный хлеб. И она забыла, что на улице лил настоящий дождь надолго, и что скажут завтра соседи, и про двух детишек от разных мужиков, дети спали теперь в ряд, вместе с нею, на досках.

Илья Криштул
Миниатюры
Как женщины могут творить историю? Они рожают, воспитывают, готовят, стирают, некоторые даже гладят и моют посуду, часами что-то ищут в своих сумочках и шкафчиках… У них нет времени не то что творить историю, просто что-нибудь натворить у них получается редко.

Леонид Гиршович
Вспоминая Лето. Мемуарная повесть 2008 года
Да, я клеветник Израиля, но мой голос теплеет, когда я произношу слово «Израиль». Конечно, я здорово устал от своего еврейства. Жизнь и без того умеет много гитик, а тут еще взвалил на себя что-то химерическое, чертыхаешься, но тащишь, – исполненное бесчисленных запретов – того, другого, третьего... шестисот тринадцатого; у меня их наверное не меньше, чем у бедного Хаима: перебегая улицу с букетом цветов для шиксы, я боюсь тоже быть не узнанным.

Мария Баженова
Башня безмолвия*
Люди рабы. Обстоятельств, чувств, обязательств, работы. Они живут на бегу и останавливаются лишь когда дорога закончена. «Жизнь пронеслась мимо меня», - с обидой заявляют они на смертном одре. Но жизнь идет своим чередом. Это люди бегут сломя голову, ни на что не обращая внимания. Нескончаемые заботы «ни о чем» и «ни для чего».

Читальный зал

Алексей Курилко
Морской Лев Литературы. Эссеистический анализ и разбор главного произведения Эрнеста Хемингуэя
Хемингуэй, как и его герои, никогда поверженным не был! Он же написал самые главные слова повести, явно выражая свою позицию: «Человек не для того создан, чтобы терпеть поражения... Человека можно уничтожить, но его нельзя победить!» Это позиция льва – царя зверей.

Александр Бирштейн
Гарри Поттер ибн Хоттаб
В детской литературе определенного времени  — у Гайдара, например, или вот Лагина,  — неизбежная социальная ложь, уложенная в матрицу умной фантазии, поданная с помощью точных лексических форм, отвечающих психологии юных героев, странным образом перестает быть ложью, становится, в принципе, несущественной. Фальшивые в устах взрослых декларации, будучи произнесенными мальчишками и девчонками, приобретают иной, очищенный, идеальный смысл; наполняются светом веры, что ли…

Михаил Юдсон
Бунт конформиста
Добрыня в ватнике издавна привык бороться со злом, привычное дело, тем паче забавное в фантастических израильских реалиях. А то ж прилетаешь на Святую землю – глядь, а это планета обезьян! Визги с экранов и лиан о свободе безумной совести и идиотского слова, повсюду сидят под пальмами макаки и обвиняют друг дружку в маккартизме – один правый, другой левый, два весёлых пейса… Исраэлопитеки!

Страны и народы

Игорь Ефимов
Закат Америки. Саркома благих намерений
Индустриальный мир убаюкан сознанием своего технического превосходства, его правительства видят главную опасность в усилении той или другой термоядерной державы – России, Китая, Индии, Пакистана. Но точно так же в 7-ом веке по Р.Х. Византия и Персия изматывали друг друга бесплодными войнами, не замечая того, что происходило у них под боком на Аравийском полуострове. Нашествие кочевников-арабов застало обе земледельческие державы врасплох, и они потерпели полное поражение.

* - дебют в журнале



Яндекс цитирования


//